Не бойся


— Стой на месте, не то я ей горло перережу. — Для устрашения он немного вдавил острое лезвие в гладкую и тонкую кожу шеи заложницы. Выступили первые капельки крови, которые, соединившись воедино, образовали тонкую струйку. Она стекала в ложбинку между грудей, и пятно на лифчике медленно, но заметно увеличивалось в размерах.

— Я прошу тебя, успокойся! — Виталий Николаевич остановился, выставив правую руку ладонью вперед.

— Я спокоен как никогда, — заверил Тихоня. — Если она тебе небезразлична, ты в точности выполнишь все мои команды.

— Безусловно, — подтвердил любовник. — Только не наделай глупостей.

— Развяжи напарника и приведи его в чувство, — потребовал бандит, и Виталию Николаевичу ничего не оставалось, как подчиниться его воле.

Сотник поднял отяжелевшие веки и с удивлением обнаружил, что в чувство его приводит ненавистный противник. Он хотел ударить его, но ноги и руки оказались связанными.

— Развяжи! — буквально потребовал он. Его удивило, что Виталий Николаевич подчинился. Только когда он освободился от веревок и приподнялся, понял, в чем дело: за ним наблюдала расширенными от ужаса глазами и с ножом у горла Вихрова. — Что, контратака не прошла? — ухмыльнулся он.

— Потом будем зубы скалить, а сейчас свяжи его. — И Тихоня кивнул на Виталия Николаевича, который, понимая, что от него требуется, лег на пол лицом вниз. Минут через пять, после того, как Сотник вновь привязал соперника к батарее, только на этот раз не в ванной, а прямо в комнате, Тихоня убрал нож от горла Вихровой и оттолкнул ее в сторону.

— Ну держись! — Сотник намотал ее волосы на одну руку, а другой собирался ударить по лицу. Измотанная и истерзанная за последние несколько часов женщина даже не пыталась сопротивляться, силы ее окончательно иссякли.

— Не гони, — одернул соратника Тихоня.

— Не можем же мы оставить безнаказанной эту борзую стерву! — возмутился напарник.

— Ты прав, — согласился Тихоня, только мы поступим иначе. — Он выдвинул стол на середину комнаты и разложил его. — Кладем ее сюда.

— Что вы намерены делать? — спросила хозяйка бесцветным голосом.

— Узнаешь! — многозначительно ответил Сотник.

— Прекратите! — подал было голос от батареи Виталий Николаевич, но лишь схлопотал удар в челюсть и добился того, что ему в рот вернулся прежний кляп из половой тряпки, который с удовольствием принес Сотник. Теперь он мог только безучастно наблюдать за происходящим на его глазах. И мужчина заплакал, абсолютно не стесняясь своих слез.

— В ванной я видел алюминиевый тазик, налей в него воды и поставь на газ кипятить, — обратился Тихоня к напарнику, продолжая руководить.

Пока Сотник выполнял его поручение, сам он вышел на балкон и наломал прутьев с огромной тополиной ветки, которая склонилась над балконом Вихровой. Затем он отнес прутья на кухню и кинул их в тазик с водой, который уже стоял на зажженной конфорке газовой плиты.

Пока вода закипала, налетчики переворошили все фотоальбомы и почти во всех обнаружили валюту. Листы были попарно склеены краями, начиная с обложек, там и были спрятаны все деньги хозяйки.

Виктория Самойловна никак не проявляла своей агрессивности, мысленно она уже смирилась с потерей. В данную минуту ее интересовало другое, потому что она догадалась, что собираются делать с ней налетчики.

— Неси тазик, — сказал Тихоня, рассовывая доллары по карманам.

— Вот! — вернулся Сотник, он спешил приступить к порке. Любовная парочка его уже просто достала. Тихоня взял один прут, проверил его на гибкость и для устрашения несколько раз резанул по воздуху. И зловещий свист подействовал на женщину куда больше, чем угрозы, сыпавшиеся на нее из уст Сотника.

— Дай я начну, — попросил Сотник.

— Бога ради. — Тихоня передал ему прут и, закурив, расположился в кресле. После первого удара лопнул тонкий материал трусиков, и женщина вскрикнула. Затем она почувствовала, как грубые и беспощадные мужские руки надавили на ее скулы и скомканный обрывок ее халата заполнил рот. Теперь кричать она не могла, но тихий стон все равно прорывался наружу. Постепенно белье изорвалось в клочья.

Но женщина стыда не испытывала и уже не стонала. Спина и ягодицы невыносимо горели, а в душе закипала жажда мести. Вихрова понимала, что вряд ли ей когда-нибудь удастся посчитаться с палачами, и от этого жажда мести многократно усиливалась.

— Достаточно! — прервал Тихоня напарника, который вошел в роль и даже наслаждался экзекуцией. — Уходим.

Сотник остановился и отбросил прут в сторону. Он посмотрел на исполосованную спину хозяйки и остался доволен своей работой. У него сразу приподнялось настроение.

— Ты не держи на нас зла, Виктория. Сама напросилась. А насчет того, что ты бабенка не первой свежести, я лукавил. С удовольствием понежился бы с тобой на диванчике, но боюсь, что твоего любовничка от ревности кондрашка хватит, — блеснул он остроумием.

— Не приставай больше к ней, думаю, что она все поняла. — Казалось, опять Тихоня заступается за Вихрову. — Советую поскорее претворить в жизнь наш договор, иначе в другой раз на нашу мягкосердечность можешь не рассчитывать. — Он подошел к хозяйке и перерезал своим ножом веревки, удерживавшие ее на столе, затем развернулся и поспешно вышел.

— Счастливо оставаться, — сказал Сотник и даже подмигнул Виталию Николаевичу. — Желаю приятно провести время. — И уже на ходу, повернув голову, добавил: — Такая женщина! Если бы ты знал, Виталик, как я тебе завидую!

Входная дверь хлопнула, и в квартире на несколько минут повисла гробовая тишина.

— У-у-у, — замычал привязанный к батарее мужчина. Женщина словно очнулась после кошмарного сна. До сих пор она не могла поверить, что все это произошло с ней в реальной жизни. Она не торопясь подтянула к лицу руку и выдернула кляп, ужасно болели скулы, во рту пересохло. Пересиливая слабость и боль, она спустила на пол ноги и на какое-то время задержалась в таком положении. Потом решительно оттолкнулась руками от стола и, пошатываясь, направилась к любовнику.

Мужчина обтер рукавом рубашки рот и начал массировать затекшие кисти рук. Затем он двинулся на кухню, долго там что-то искал, хлопая дверцами шкафчиков. И наконец появился с пузырьком йода в руках.

— Нужно вызвать милицию, — предложил он, смазывая раны на спине Вики йодом.

— И объяснить им, на какую сумму меня ограбили? Откуда, интересно, у простой весовщицы такие деньги? К тому же у них моя объяснительная, в которой я собственноручно изложила, каким путем их заработала, — отвечала женщина, морщась от боли.

— Тогда ты должна рассказать следователю, что на тебя оказывали давление. Тут младенцу понятно, что они люди Панина, — отстаивал свою точку зрения Виталий Николаевич.

— Они и сами не скрывали причины своего посещения. А следователь — продажная шкура. Никогда бы не подумала! С виду честный человек.

— Они не соврали насчет следователя? — выразил сомнение мужчина, продолжая смазывать многочисленные ранки.


Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127

Комментариев нет

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *