Не бойся


— Я, — коротко ответил Алексей и нехотя поднялся.

— Вы арестованы, вот ордер на арест, — предъявили ему официальный документ. — Обвинение будет предъявлено в отделении.

 

— За что арестовали папу? — спросила Светлану восьмилетняя дочь.

— Ксюша, милая! — Мать взяла дочку на руки, уткнулась в ее детское плечо и горько заплакала. — Боюсь, что мне не выдержать очередного испытания.

В суматохе хозяйка оставила входную дверь открытой. Появление Смугловой Марины и ее голос заставили Светлану вздрогнуть от неожиданности.

— Ты не знаешь, Марат дома? — с тревогой спросила Марина. — Не могу до него достучаться. Несколько часов назад у меня была милиция. Ты не представляешь, что он натворил. Думаю, что и твой замешан. — И Марина рассказала все, что знала. — Кстати, где Алексей?

— Его сейчас арестовали, — как-то отрешенно ответила Света. До этого она ни разу не перебила подругу, пока та рассказывала, за что могли арестовать Марата и Алексея.

Марина поднесла руки к лицу и опустилась на диван. Сначала тихие всхлипывания, а затем плач в полный голос заполнил комнату.

— Я во всем виновата! — причитала Смуглова. — Из-за меня их арестовали. Какая же я дура!

— Ну хватит реветь, — попыталась Света успокоить подругу. — Слезами горю не поможешь. — Но закончилось все тем, что сама не выдержала и расплакалась.

Две женщины голосили на весь дом, распаляя друг друга, а восьмилетняя девочка кружилась вокруг них и старалась успокоить несчастных.

— Папу и дядю Марата скоро отпустят, — говорила она серьезно. — Разберутся в том, что они не виноваты, и непременно отпустят.

Но слова ребенка на взрослых не действовали, и они продолжали голосить и причитать в своем неутешном горе.

— Немедленно прекратите реветь! — прикрикнула Ксюша. — Ей-богу, как маленькие. Устала я с вами.

И Света, и Марина, словно по команде, перестали плакать и уставились на девочку.

— Господи, ты у меня совсем стала взрослой. — Светлана посадила дочь на колени и пристально посмотрела в ее детские темно-карие глаза, которые были точной отцовской копией. — Мы с тобой все выдержим. Правда, Ксюша? — спросила она так, как будто разговаривала с ровесницей.

— Правда, мама, — подтвердила девочка. — Не волнуйся, я всегда буду рядом с тобой.

Светлана поцеловала девочку и прижала к себе. Она поняла, что у нее на руках не просто ребенок, не только ее дочка, но и самая верная и надежная подруга жизни.

Марина смотрела на них с умилением и впервые пожалела, что у нее нет своих детей. Добрая женская зависть защемила сердце.

 Глава одиннадцатая

Казаков и Сайфутдинов получили по восемь лет лишения свободы с отбыванием наказания в колонии строгого режима. Своего подельника Сутулого они не выдали, сославшись на то, что познакомились с третьим участником преступления случайно, незадолго до совершения самого преступления, и где тот проживает, они не знают.

Атаман и Диксон попали в колонию, где обязанности начальника исполнял с недавних пор подполковник Мирошниченко Тарас Поликарпович. Перелистывая дела вновь прибывших, он обнаружил своих старых знакомых и приказал привести к себе в кабинет Сайфутдинова и Казакова еще до того, как осужденных распределили по баракам.

Подполковник внимательно изучил взглядом Марата и Алексея и пришел к выводу, что перед ним уже не те наивные подростки, которые работали на него в колонии для несовершеннолетних, хотя наивными он их и тогда уже не считал.

— Садитесь, — предложил он. Осужденные молча опустились на стулья. Они тоже изучали начальника колонии, готовые к предстоящему разговору. — Думаю, что вы уже догадались, о чем между нами пойдет речь, — продолжил Мирошниченко. — Чтоб не тянуть резину, скажу сразу: мне бы хотелось восстановить прежние отношения.

— У нас есть выбор? — спросил Казаков.

— Выбор всегда есть, но лучше принять мое предложение, — сказал тучный подполковник, поднимаясь с кресла, которое с облегчением заскрипело.

— Или согласиться, или восемь лет провести в карцере, — предположил Марат с иронией в голосе.

— Зачем так мрачно, — улыбнулся Тарас Поликарпович. — Действительно, есть немало способов превратить ваше пребывание в колонии в ад. Но можно жизнь и облегчить, мы уже находили общий язык.

— Не забывай, начальник, что здесь не колония для несовершеннолетних, да и мы уже не бестолковые мальчики, чтобы на тебя ишачить, — резко сказал Диксон.

— Если стали такими умными, то почему вновь оказались за решеткой? — ехидно спросил начальник колонии. — А насчет того, что здесь не пацаны, а матерые уголовники и режим не усиленный, а строгий — так это еще лучше. Определю вас в барак для хозяйственников и на работу в гараж. Мою служебную машину на выезде с зоны никто не проверяет.

Атаман в упор посмотрел на Мирошниченко.

— Что будет, если мы все же откажемся?

— Ничего хорошего, — сорвался тот, но быстро успокоился и добавил: — Я здесь уже пять лет. Не так-то легко подобрать нужные кадры, сама судьба послала мне вас.

— Хорошо, — неожиданно согласился Алексей, незаметно подмигнув Марату. — Но при условии, что ты дашь нам несколько месяцев на освоение в зоне, а через три месяца разрешишь первое длительное свидание.

— Договорились, — согласился офицер, махнув рукой.

Оставшись один, подполковник, радостно потирая руки, с удовольствием закурил. Ему все-таки удалось подобрать нужных людей. Он считал, что судьба в очередной раз улыбнулась ему, предоставив в его распоряжение уже проверенных и опытных людей. Человек, по должности обязанный стоять на страже закона, сам шел на умышленное, хорошо законспирированное преступление. Привыкнув однажды к большим деньгам, он уже не мог остановиться.

 

— Почему ты согласился, не посоветовавшись со мной? — спросил Диксон у Атамана при первой возможности.

— Потому что не собираюсь тут восемь лет париться, — спокойно ответил Алексей. — А другого способа для побега не вижу.

— Теперь понимаю, почему внеочередное свидание выпросил: хочешь со Светланой договориться о дальнейшей жизни. — Подельник горько усмехнулся. — Только у меня нет женщины, ради которой я мог бы совершить побег.

— Вот тут ты не прав, — возразил Казаков. — А Марина?

— Из-за которой я имею честь находиться в таком достойном заведении? Больно нужен ей беглец и нелегал. — Марат собирался закурить, но, сломав несколько спичек, смял и выкинул сигарету.

— Напиши письмо матери, пусть она найдет Марину и пригласит на свидание с тобой, — посоветовал Марату Атаман. — Мне кажется, что твой поступок не мог не растрогать ее. Просто у тебя еще не было возможности поговорить с ней.

— Попытаюсь, чем черт не шутит. — В глазах Марата загорелась надежда. — А рвать когти отсюда нужно в любом случае: несправедливо тянуть срок из-за какого-то подонка.

— Узнаю кореша. — Алексей хлопнул друга по плечу. — Таким ты мне больше нравишься. — Он осмотрелся по сторонам и, только убедившись, что они в курилке одни и никто не подслушивает, продолжил: — Есть у меня еще одна задумка: облегчить сундуки Мирошниченко и Сазонова, чтоб на длительное время можно было осесть на дно.


Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127

Комментариев нет

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *