Не бойся


Сутулый, опасаясь, чтобы Сергей не совершил какой-нибудь очередной оплошности, остался помогать ему уничтожать следы. Они вдвоем перенесли и положили тело на специальный стеллаж, который задвигался в камеру сгорания.

— Чем это вы тут занимаетесь? — вдруг раздался голос неожиданно появившегося Славика.

Преступники забыли за Любой запереть дверь, и теперь собутыльник сторожа застал их врасплох. По его побелевшему лицу было видно, что он и сам не рад, что появился здесь.

— Зачем ты вернулся, Славик? — спросил Сергей чуть ли не шепотом, но тот услышал его.

— Я видел, как отъехала машина, и думал, что ты один, — оправдывался перепуганный насмерть алкоголик.

Свой автомобиль Сутулый загнал во двор крематория, поэтому его Славик не видел.

— Зря ты не послушался совета своего приятеля прийти в его следующее дежурство.

Павел, набычившись, медленно и тяжело переступая, двинулся в направлении незваного гостя.

— Я ничего не видел, — пролепетал Славик. — Клянусь!

Он даже не пытался бежать, страх парализовал его. Сутулый наложил ему на шею кисти своих огромных рук и сдавил горло. В это время в помещение вбежали еще двое…

 Глава одиннадцатая

Александр Вершков очнулся, когда ему накладывали шов на порез, и порывался встать, но его удержали сильные руки.

— Лежите. Вам нельзя вставать, — предупредил властный голос хирурга, который занимался раной.

Вершков внимательно посмотрел на хирурга и не признал в нем человека, сделавшего ему укол на шоссе.

— Как я здесь оказался? — устало поинтересовался он. В том, что он находился в руках медиков, — сомнений не вызывало.

— Вас подбросили к дверям приемного покоя больницы с неглубоким порезом на правом боку брюшной полости, — объяснил хирург. — Я уже заканчиваю свою работу, а через недельку кроме небольшого шрама ничего не останется.

— Ничего не помню, — глядя в потолок, произнес Вершков.

— Вы находились в бессознательном состоянии, очень похожем на наркотическое опьянение.

— Но мне сделали укол в мышцу ноги. Это я как раз хорошо помню.

Доктор закончил шить.

— Ноги я ваши не рассматривал, но на вене руки остался свежий след от укола.

— Если меня намеревались убить, то почему оставили в живых? — рассуждал вслух больной. — А если убивать не хотели, то к чему вся эта комедия?

— На такие вопросы отвечает следователь, — улыбнулся хирург. — Желаю скорейшего выздоровления.

И он направился к выходу из помещения, оставив Вершкова на попечение медсестер.

— Я сам следователь! — крикнул ему Александр вдогонку.

— Тогда самому и придется отвечать на поставленные вопросы, — обернувшись уже у двери, ответил врач, подбадривающе подмигнул и вышел.

В Саратов Александр вернулся из отпуска с большим опозданием и рассказал начальнику о своих приключениях.

— Не отсюда ли тянется ниточка? — предположил командир.

— Вряд ли, мне бы с вами уже не пришлось разговаривать, — не согласился молодой следователь. — Но мне не терпится докопаться до истины.

— Как говорится, карты в руки. Перевод в твое отсутствие я подготовил. — Глеб Сергеевич помолчал и добавил: — Надеюсь, когда-нибудь вернешься к нам. Жаль расставаться.

От последней беседы с командиром у Вершкова осталось впечатление, что честных и порядочных служащих в их рядах еще много.

 

В родном городе, который приносил Александру только несчастья, его ожидало очередное разочарование. Несмотря на то, что ему быстро подвернулась подходящая квартира, бабушке там пожить вместе с ним уже не было суждено. Агриппина Матвеевна тяжело заболела и уже не вставала с постели. Все свое свободное время он проводил в доме престарелых, у изголовья больной, как бы отдавая дань прошлому.

— Ты должен мне пообещать кое-что, — тяжело дыша, обратилась Агриппина Матвеевна к внуку.

— Все, что в моих силах, — не задумываясь ответил Вершков.

— Я хочу, чтобы ты нашел свою мать, — голос старушки слабел.

— Но она сама меня бросила.

— Это последняя просьба умирающего человека. К тому же, мне кажется, что она должна быть неплохим человеком, потому что яблоко от яблони недалеко падает.

— Она поступила со мной подло, — продолжал настаивать на своем Александр.

— Разное в жизни случается. — Она перевела дух и добавила: — Совсем один останешься, нет у тебя больше родственников.

— Ну что ты, бабушка? Мы с тобой еще кадриль спляшем! — подбодрил умирающую Александр, хотя прекрасно понимал, что ей совсем немного осталось жить.

— Отплясала я свое. — Агриппина Матвеевна нашла в себе силы улыбнуться внуку. — Пообещай, — прошептала она одними губами, кончики которых еще напоминали улыбку. — Мне легче будет.

— Обещаю, бабушка, обещаю. — Александр наклонился и поцеловал ее лоб, а когда оторвался, зрачки умирающей уже начинали тускнеть…

 

Похоронил Вершков Агриппину Матвеевну рядом с родным отцом, Казаковым Леонидом Николаевичем. По чистой случайности именно здесь оказалось свободное место.

Служил теперь лейтенант Вершков вместе с Василием Крупениным. И до этого дружные, молодые офицеры сблизились еще больше. Александр поведал Василию о всех своих бедах, и они решили вначале провести расследование по поводу его пореза своими силами, а затем приступить к поискам родителей.

— Перечисли знакомых в нашем городе, — искал малейшую зацепку Крупенин.

— Кроме бабули, которая умерла, и тебя — никого не знаю, — разрушил Вершков единственную зацепку друга. — Мне кажется, что виновных нужно искать среди работников медицины.

— Это ты из-за укола решил? — возразил друг. — Так сегодня таких специалистов — каждый второй.

— Есть у меня серьезная версия, но сначала хотел бы проконсультироваться с опытным хирургом.

— У меня на примете есть один знакомый профессор, — обнадежил Василий.

К вечеру они уже беседовали с Абрамом Семеновичем Элькиным в его кабинете. При виде Вершкова заведующий отделением гемодиализа привстал из-за письменного стола своего кабинета и даже присвистнул, чем немало удивил посетителей.

— Я впервые в жизни сталкиваюсь с подобным сходством, — объяснил он свое необычное поведение.

Лицо Василия выражало недоумение, а Александр еще сильнее изумил профессора.

— Вы знакомы с Любовью Казаковой?

— Она моя сотрудница, — машинально ответил Элькин. Он понятия не имел, что следователи пришли консультироваться насчет пореза, нанесенного Казаковой.

Для Вершкова подобное совпадение показалось подозрительным и лишний раз подтверждало версию, которую он пока скрывал от напарника.

— Как вам уже известно, — начал он осторожно, незаметно подмигнув Крупенину, — мы пришли получить консультацию.

— К вашим услугам, — кивнул Абрам Семенович. — Не сочтите нескромным, но и у меня есть вопрос…

— Откуда я знаю Казакову? — закончил за него Вершков.

— Именно.

— Я познакомился с ней у ее брата в Саратове и, поверьте, тогда был не меньше вас удивлен поразительным сходством. — Заметив, что ответ удовлетворил профессора, он продолжил: — Оттуда меня перевели служить в ваш город, но перед самым отъездом случилось вот это, — показал он на порез. — Меня сначала отключили, а в бессознательном состоянии ранили.

— Покажите рану, — сказал профессор, который догадался, что от него требуется.

Вершков поднял форменную рубаху и повернулся боком, а Элькин внимательно изучил тоненький шрам.


Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127

Комментариев нет

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *