Не бойся


— Отрядный, — уточнил новый знакомый. — Догадливая, — похвалил он. — Вот только маршрутный автобус вам не понадобится, я на машине.

— Похоже, Алеша на хорошем счету, раз его родственников офицер на машине встречает, — сказала Света первое, что пришло в голову, лишь бы не молчать.

— Он у нас передовой, — поддержал Мирошниченко разговор.

— Вот и Ирина Анатольевна, — представила девушка офицеру приближающуюся к ним женщину.

В машине почти не разговаривали, каждый погрузился в свои мысли и не нарушал внутреннего уединения других. Когда уже подъезжали к месту, Светлана с интересом и затаенным страхом рассматривала зону, обнесенную высоким забором с колючей проволокой.

Машина мягко затормозила у ворот, рядом с которыми стояла вышка для наблюдения. Мирошниченко достал вещи из багажника и помог отнести их в комнату для свиданий.

— Устраивайтесь. В конце коридора направо — кухня, налево — туалет.

— А где же Алеша? — всполошилась Ирина Анатольевна, пропуская слова отрядного мимо ушей.

— Он скоро придет, — успокоил ее офицер. — Кстати, вторая комната тоже в вашем распоряжении.

— Благодарим, — почтительно склонила голову Казакова. — Но нам бы и одной хватило.

— Это с какой стороны посмотреть.

Отрядный бросил быстрый взгляд на Светлану и загадочно улыбнулся, девушка покраснела и отвернулась.

Неожиданно на пороге появился Алексей.

«Возмужал, подрос, в плечах раздался, только чуть похудел», — пронеслось в голове у матери, и она протянула руки к сыну, который бросился в ее объятия.

Алексею не понравилось осунувшееся лицо матери и мешки под глазами. Он увидел перед собой старуху, а не тридцатишестилетнюю женщину, но не стал высказывать мысли вслух, чтобы не расстраивать близкого человека, прекрасно понимая, сколько ей пришлось всего вынести.

Света стояла в сторонке, и только тогда, когда сын высвободился из объятий матери, тихо произнесла:

— Здравствуй, Алеша.

— Здравствуй, фиалка. — Наедине он часто называл ее так. — Все цветешь?

Атаман подошел к девушке, взял ее лицо в руки и поцеловал в лоб. Успел заметить, как загорелись ее глаза, но она быстро опустила ресницы.

Алексей приподнял ее лицо и заглянул в светло-зеленые глаза, на которые по-прежнему падала непослушная челка.

— Как хорошо, что ты приехала вместе с мамой.

Он запустил руку в светлые каштановые волосы, и послушная девичья головка доверчиво прижалась к его груди.

— Я на кухню, — предупредила Ирина Анатольевна. — Вам без меня есть о чем потолковать. — И, уже обернувшись в дверях, добавила: — Алеша, следи за сестренкой.

Оставшись наедине с девушкой, он нежно поцеловал ее в яркие, словно спелые вишенки, губы. Света прижалась к нему и обвила руками за шею. Стеснение и неловкость от первого мгновения встречи улетучились. Они опустились на койку, взявшись за руки, и не могли налюбоваться друг другом. Но детский плач вернул влюбленных к действительности.

Света перепеленала Любашу, и Алексей невольно залюбовался ею.

— Ты у меня красивая и ловкая, с тобой не страшно иметь своих детей, — быстро сказал Алексей, смутив девушку.

Выручила ее Ирина Анатольевна, вернувшаяся из кухни.

— Минут через тридцать — сорок можно будет накрывать на стол, — объявила она.

— На сухую не годится, — спохватился Алексей. — Сколько времени не виделись, да еще накануне великого праздника.

Он выскользнул из комнаты и направился по коридору в противоположную от кухни сторону к массивной железной двери с небольшим зарешеченным окошком. Алексей несколько раз постучал по ней кулаком, и в отверстии появилось лицо конвойного.

— Слушай, служивый, не в службу, а в дружбу: раздобудь вина. Не каждый день свидание с родственниками. — Он протянул в окошко купюру красного цвета. — Сдачу можешь себе оставить.

— Старший лейтенант Мирошниченко просил ни в чем тебе не отказывать, — расплылось лицо солдата в улыбке, когда он брал деньги.

«Молодец, отрядный, — мелькнуло в голове осужденного. — Даже караул из своих бойцов выставил».

Они сидели за праздничным столом, и Алексей с аппетитом уплетал домашние блюда. Дверь осторожно приоткрыл солдат, предварительно постучав.

— Заходи, — пригласил Атаман. — Садись с нами.

— Ты же сам знаешь, что нельзя, — проглотил слюну служивый и поставил на стол две бутылки портвейна.

— Ты с собой возьми, — засуетилась Ирина Анатольевна, накладывая в целлофановый пакет домашних пирожков, кусок жареной курицы и прочую снедь. — Вот, возьми. И ребят угостишь, — протянула она ему полный пакет еды.

Солдат от души поблагодарил женщину и удалился, предупредив Атамана, чтоб не церемонился, если что понадобится, пообещав предупредить следующую смену караульных. Ему от Алексея перепала неплохая шабашка в виде сдачи от вина.

Алексей разлил красное вино и первым поднял свой стакан.

— За встречу. И за то, чтобы мы опять смогли собраться за одним столом, но уже дома, после моего освобождения.

Ирина Анатольевна подняла свой стакан и чокнулась с сыном. Света долго раздумывала, пить или не пить, но в конце концов решилась. Они закусили и уже без уговоров выпили вновь. Женщинам с непривычки вино вскружило голову, и они разговорились, перебивая друг друга и перескакивая с одной темы на другую. Таким образом Алексей, более стойкий к спиртным напиткам, узнал все новости, но своими делиться не торопился. За разговорами прошел весь день. В десятом часу вечера стали укладываться спать.

Алексей постелил Светлане постель, потушил свет, а сам лег в одежде на неразобранную кровать. Он долго лежал с открытыми глазами, изучая потолок, но волнения первого дня свидания брали свое, медленно слипались веки, и он уснул. Светлана скинула платье, нырнула под одеяло и, не успев коснуться подушки, сразу же погрузилась в сон…

 

Чуть забрезжил рассвет, освещая беленый потолок, крашеные стены и одинокую, засаленную лампочку в казенной комнате для свиданий, Светлана распахнула глаза. Она осмотрелась по сторонам и остановила взгляд на спящем Алексее. Светлана выскользнула из-под одеяла и на цыпочках подкралась к Алексею, склонилась над ним и долго рассматривала знакомые черты. Она погладила его по щеке и подбородку, ощутив между пальцами пробивающийся пушок. Девушка поднялась во весь рост и скинула с себя ночную сорочку…

 

Они привели комнату в порядок, убрали со стола и теперь сидели, вслух мечтая о будущей жизни. Мечтали, что у них будет своя квартира и трое детей: два мальчика и одна девочка, что дети ни в чем не будут знать нужды, что они станут уважаемыми людьми и обеспечат родителям долгую, спокойную и счастливую старость…

— Не рано ли рассуждаете о преклонном возрасте? — на ходу спросила Ирина Анатольевна, прерывая мечты влюбленных.

— Доброе утро, мама.

— Доброе утро, Ирина Анатольевна.

— Доброе, доброе, — ответила Ирина Анатольевна. — И убраться уже успели. Молодцы! Посидите с девочкой, а я завтрак приготовлю.

— Я помогу, — вызвался Алексей.

Мать крутилась у плиты, а Алексей наблюдал за ней, не решаясь начать нужный разговор.


Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127

Комментариев нет

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *