Не бойся


— Не дергайся, а то сломаю.

— Никита! — заорал Мешков не своим голосом.

— Ему некогда, он беседует с моими друзьями, — усмехнулся Атаман.

— Отпусти, — попросил Мешков, успокаиваясь и сообразив, что имеет дело не с простыми грабителями, а с профессионалами, которые заранее продумали операцию и поставили конкретную цель. В подтверждение, отпустив затекшую руку противника, Алексей подошел к столу и скинул на пол газету, прикрывавшую пачки денег.

— Я бы мог забрать все, — сказал он. — А добиваюсь, чтоб ты сам отдал только двадцать процентов от прибыли.

— Милиции не боишься? — задал Артемий Геннадьевич наивный вопрос.

— Не больше, чем ты.

И Атаман бросил на диван пакет с фотографиями, на которых были изображены машины, выезжающие с территории базы, а затем разгружаемые во дворе Мешковых, покупатели мебели и даже расчет некоторых из них. — Адреса покупателей мне известны, так что свидетелей много, — добавил посетитель.

— Что будет, если я все-таки откажусь? — цеплялся за соломинку утопающий. — Ты ведь тоже действуешь против закона и в ОБХСС не пойдешь. — Он понимал, что лучше один раз потерять солидную, но не смертельную сумму денег, нежели отчислять периодически.

— Я не имею дел с ментами, — заявил гость. — Компромат собрал лишь для того, чтобы и ты не надеялся на их помощь. Откажешься — на первый раз сожгу дом.

— Кто ты вообще такой?!

Мешков находился в полном отчаянии, от безвыходного положения готов был биться головой о стену.

— Я уже представился — Алексей Леонидович. Для первого знакомства вполне достаточно, могу еще добавить, что за мной стоит серьезная организация, которая шутить не любит, — вел Атаман психологическую обработку клиента, и тот постепенно начинал сдавать позиции.

— Двадцать процентов из моей доли прибыли? — с мольбой в глазах посмотрел Мешков на тирана.

Шантажист был неумолим.

— Из общей.

— Тогда из моей получается сорок. Шурин не поверит мне, что я еще с кем-то делюсь, и ни за что не отдаст двадцать процентов из своей доли.

— Какой шурин? — не сразу сообразил Алексей.

— Брат жены, — пояснил хозяин. Но догадавшись, что посетителю неизвестно о родственных связях его с Лейзировичем, уточнил: —Директор мебельной базы и моя сестра — супруги.

— Понятно, — кивнул незваный гость.

Мешков на какое-то время задумался.

— Действительно, было бы несправедливо остаться ему в стороне.

— Хорошо, согласен на двадцать процентов с твоей доли, но при условии, что остальное поможешь получить с Семена Давидовича.

— Как? — испугался Артемий Геннадьевич. — Если он узнает, что я его подставил, то перестанет просто-напросто поставлять мне мебель.

— Он не узнает, — заверил Атаман. — Во-первых, необходимо раздобыть хотя бы одну липовую квитанцию, по которой водитель доставляет тебе мебель. Во-вторых, нужно незаметно зафиксировать на пленку момент твоего расчета с родственником.

— Он догадается, что это я все подстроил, — возразил Мешков.

— Откуда?! Я не скажу, ты тоже, мало ли кто мог вас сфотографировать.

— Он все равно не станет платить, — уверенно произнес хозяин дома. — Я его хорошо знаю.

— Это не твоя забота, — впервые за беседу повысил гость голос. — Поможешь — двадцать процентов потеряешь, не поможешь — сорок. Сам выбирай!

— А-а-а, — махнул рукой загнанный в угол спекулянт. — Последняя липовая накладная у меня сохранилась. Шофер отдает их мне, а я сжигаю или разрываю.

Он открыл отделение серванта, порылся и достал нужный документ. Атаман спрятал улику в карман, договорился, когда можно будет зафиксировать передачу денег Лейзировичу, и, получив первый взнос от Мешкова, распрощался.

На кухне со связанными за спиной руками, а Никита еще с кляпом во рту, сидело остальное семейство Артемия Геннадьевича. Приоткрыв форточку, курил Диксон, а Тюлень, удобно расположившись за столом, уплетал яблочный пирог, запивая его молоком.

— Ну как? — спросил Марат у Атамана.

— Все по плану, — коротко ответил тот и хлопнул по спине Виктора. — Хватит уничтожать чужие запасы продовольствия. Пошли.

 

Через два дня они имели на руках нужные фотографии, но на встречу с директором базы не спешили, продолжая вести наблюдение. Затратив целый месяц, вышли еще на четверых, подобных Мешкову, и уже по испытанной схеме склонили их к сотрудничеству. Теперь было достаточно оснований пообщаться и с Лейзировичем.

В приемной директора мебельной базы несколько человек ожидали своей очереди, в том числе и Атаман с Диксоном.

На рабочем столе секретарши раздался звонок телефона внутренней связи, и она сняла трубку.

— Хорошо, Семен Давидович, — проворковала она сладким голосом, который тут же изменился, когда она обратилась к посетителям, на резкий и официальный. — Товарищи, на сегодня прием закончен.

— Но еще полтора часа до конца рабочего дня, — возмутился один из посетителей, который был следующим на очереди и поэтому ему обиднее всех было покидать приемную.

— Директора вызывают в райком партии, — оправдалась добросовестная секретарша, привыкшая беспрекословно выполнять распоряжения шефа.

Люди разошлись, бормоча и громко хлопая дверью, выражая таким образом свое недовольство, но двое все-таки остались.

— А вы почему сидите? Или вас не касается? — спросила девушка у двух мужчин, не собирающихся покидать своих мест.

— Мы всего на одну минутку, — невозмутимо ответил Диксон.

— Я, кажется, ясно выразилась — завтра.

— Не волнуйтесь вы так, девушка, мы подождем, когда директор выйдет, и здесь передадим ему документ, — сказал Атаман. — Всего и делов-то.

— Мало ли когда Семен Давидович покинет кабинет.

— Вы же сами сказали, что его в райком вызывают. А там долго ждать не привыкли, — напомнил Марат.

До сих пор эта фраза секретарши срабатывала, но на этот раз она почувствовала, что попала впросак.

— Оставьте документы, я передам, — попыталась она выйти из щекотливого положения.

— Мы сами, — ответил за двоих Алексей.

— Еще нужно пару слов сказать, — поддержал его Марат.

Понимая, что ей не отвязаться от настырных посетителей, секретарша решительно сняла трубку и извиняющимся тоном доложила:

— Тут двое по одному вопросу, говорят, что не займут больше минуты времени. — Выслушав начальника, она повернулась к мужчинам и сказала: — Он примет вас сегодня, — и с серьезным видом занятого человека застучала на пишущей машинке. А когда из кабинета директора вышла женщина, она отвлеклась на секунду и кивком головы пригласила Атамана и Диксона.

Семен Давидович, сидя за огромным письменным столом, просматривал какие-то документы и словно не замечал посетителей. Только после того, как Алексей кашлянул, поднял на них взгляд больших серых глаз.

— По какому делу?

Тон директора говорил о том, что он занят и не расположен к продолжительной беседе.

— По личному, — усмехнулся Диксон.

— По личным вопросам во вторник и в пятницу, с семнадцати до девятнадцати часов. — Хозяин кабинета сразу уловил, что посетители необычные.

— Вы нас неправильно поняли, Семен Давидович. Мы по вашему личному делу, — вступил в разговор Атаман.

— Садитесь, — кивнул директор на стулья. — Я уже догадался. Только коротко и самую суть.


Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127

Комментариев нет

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *