Не бойся


— Бесполезно, разве Зинка признается? Еще меня обвинит, что украла у нее часы. Да я к ним после этого случая ни разу не ходила.

— Не так страшен черт, как его малюют, — изрек Диксон прописную истину. — Но к этому у нас еще будет время вернуться. Теперь о хорошем. Вы еще стоите в очереди на кооперативную квартиру?

— На днях собираюсь предупредить, чтоб вычеркнули.

— Не нужно, Алексей передал вам еще пять тысяч.

Марат извлек из внутреннего кармана пачку пятидесятирублевых купюр в банковской упаковке и передал ее обескураженной матери.

— Еще один дом начальству построили? — задала женщина наивный вопрос.

— Строим целый дворец, — улыбнулся Диксон. — Так что считайте эти деньги небольшим авансом. Только ваш уговор с сыном остается в силе — никому не рассказывайте, откуда они у вас.

— А в обиду, Ирина Анатольевна, мы вас не дадим, — вставил Сутулый.

— Спасибо, ребята, — отвесила она им поклон. — В моем доме вы всегда гости дорогие и желанные.

 

Михаил и Зинка смотрели недавно приобретенный новый телевизор. Семейную идиллию нарушил звон разбитого стекла.

— Кажется, на кухне, — всполошилась Зинка.

— Сиди, сам проверю, — буркнул муж, поспешно надевая валенки. — Опять местные пацаны балуют, — бросил он на ходу и скрылся.

Не успел Михаил открыть дверь на улицу, кто-то набросил ему на шею петлю и выволок во двор, полная луна осветила двух прилично одетых молодых людей.

— Привет, дядя, — произнес один из них.

— Вы чего, братцы? — прохрипел перепуганный Михаил, лежа на снегу.

— Дядя Миша? — уточнил Сутулый.

— Я.

Он попытался подняться, но Диксон поддернул веревку, которая сдавила шею.

— Лежать.

Приказной тон не предвещал ничего хорошего.

— Холодно, братки, — взмолился Михаил Силаев, хватая ртом воздух.

— Холодно? Посмотри, какой нежный, — усмехнулся Марат, обращаясь к напарнику. — Ладно, вставай, только медленно, без фокусов, не то придушу, как щенка.

— Что вы от меня хотите? — спросил Михаил, когда поднялся, трясясь от холода и страха одновременно. — Кто вы?

— Можешь называть нас тимуровцами, — блеснул остроумием Павел.

— В сарае свет есть? — строго спросил другой.

— Свечка, — пролепетал пленник в собственном дворе. — Только спички в доме.

— Не переживай, спички у нас свои найдутся. Двигай потихоньку к сараю, а то самим околеть недолго на таком морозе, — приказал Сайфутдинов.

Ровный огонек свечи тускло осветил помещение: засыпанный уголь в одном углу, аккуратно сложенная поленница дров — в другом и деревянные стеллажи со всевозможными плотницкими инструментами. В центре сарая высвечивался люк в погреб, на котором лежал огромный чурбак для колки дров.

— Раздевайся, — предложил Сутулый ровным голосом.

— Миленькие вы мои, я же околею.

Удар в солнечное сплетение прервал его причитания. Согнувшись в три погибели и превозмогая адскую боль, он начал раздеваться.

— Достаточно, — сказал Диксон, когда мужик остался в одних трусах.

Павел зашел за спину обнаженному и связал руки. Только после этого Марат снял петлю, высвободив шею.

— Теперь побеседуем, но запомни: вздумаешь убежать, поймаем и привяжем к лестнице в погребе. Пока домашние очухаются, пока найдут — окоченеешь, — предупредил Диксон.

Михаил закивал головой, ему не терпелось узнать причину такого скотского с ним обращения. В том, что над ним издеваются неспроста, он не сомневался.

— Братья, сестры имеются? — повел допрос Диксон, как заправский следователь.

— Имеются, — с готовностью ответил Михаил, преданно уставившись на Марата и переминаясь с ноги на ногу. — Брат Костик, младшая сестра Аня, но она в Москве.

— Ты отвечай, что спрашивают, лишнего не говори, — оборвал его Сутулый.

— И старшая сестра Ира, — коротко закончил Михаил, сообразив, что от него требуется.

— Хорошо. Когда последний раз видел ее? — последовал очередной вопрос.

По тому, как забегали глазки у мужчины, налетчики поняли, что до того дошла суть их ночного визита.

— Точно не припомню, но обещаю, что верну ей деньги. Все до копейки, — поклялся Михаил. — Вы Алешкины друзья? — взяло верх любопытство.

— Сказано же тебе русским языком — тимуровцы. — Сутулый бросил такой угрожающий взгляд, от которого лицо у Михаила искривилось.

— Тим-мм-муровцы, та-аак ти-ммму-ровцы, — застучал зубами несчастный. — Ка-ка-кая м-мне р-раз-н-ница.

— То-то, — успокоился Павел.

— Мужик ты, я смотрю, сообразительный, честный. Кстати, очень хорошо поступил, что не стал юлить, а сразу во всем признался. Сейчас мы решим, когда и сколько вернешь денег, и ты можешь вернуться к семейному очагу, под теплое крылышко своей женушки, она мигом тебя отогреет, — обрадовал пленника Диксон.

— Согласен.

— Куда б ты делся, — усмехнулся Сутулый. — Короче, недельки тебе достаточно?

— Вполне. — Михаил был краток, тело его все посинело, да и страх одолевал.

— И последнее: взял три с половиной тысячи, а вернешь пять. — Марату казалось, что он поставил точку.

— Пять тысяч?

Глаза Михаила полезли на лоб, он даже перестал обращать внимание на пронизывающий его тело холод.

— А как ты хотел? — возмутился Павел. — Когда воровал, процентов не обговаривал, теперь будь добр вернуть столько, сколько с тебя причитается по нашему усмотрению.

— Воровал?! — последовало очередное восклицание.

— Как же это еще называется? — начал нервничать Диксон. — Взял взаймы в отсутствие хозяйки? Сломал замок в доме, все перевернул, забрал деньги и еще обижается, что его вором обзывают…

— Ничего я не ломал и не переворачивал, а только отнял у сестры триста двадцать рублей и те потерял.

Парни переглянулись между собой.

— Похоже, он не в курсе, — сказал Марат.

— Возможно, — согласился его напарник. — Мы ведем речь не про триста рублей, а про три с половиной тысячи. Если не врешь и действительно не брал этой суммы, значит, твоя ненаглядная женушка, не поставив твою персону в известность, сама провернула выгодное дельце.

— Зинка? — в который раз пришлось удивиться мужику.

— Ты дурачком не прикидывайся. — Марат больно взял Михаила за подбородок. — У тебя же не две жены.

Обстановка накалялась, ребята теряли терпение.

— Мишка! — крикнула Зинка и уже более тихо пробубнила: — Где тебя черти носят?

Марат все еще держал его за подбородок, когда услышал женский крик. Он поднял подбородок пленника вверх и, глядя ему в глаза, прошептал:

— Соберись и спокойным голосом пригласи сюда жену.

— Зинуль, иди ко мне, — блестяще справился со своей ролью Михаил.

— Где ты? — откликнулся голос со двора.

— В сарае.

Скрипнула покосившаяся дверь, и в тускло освещенное помещение вошла худая женщина.

— Ну и страшилище, — брезгливо поморщился Диксон и, отвернувшись, добавил: —Вот так Зинуля! Не дай бог такую при ярком свете увидеть, всю оставшуюся жизнь от тошноты не избавишься.

Зинка мгновенно оценила обстановку. Увидев обнаженного мужа со связанными за спиной руками и незнакомого парня, она быстро метнулась обратно к выходу, но наткнулась на второго, опершегося на закрытую дверь. Почувствовав, что запахло жареным, женщина прибегнула к очередной уловке и припугнула незваных гостей:


Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127

Комментариев нет

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *