Не бойся


— Ого! — воскликнула Наташа. Ее рука дошла до нужного места.

Обе женщины, как по команде, навалились на подполковника… Водители проезжающих по трассе машин нахально сигналили счастливчику, забавлявшемуся с двумя красотками одновременно.

Действительно, с юности Мирошниченко испытывал комплекс неполноценности. Из-за избыточного веса он стеснялся подходить к девочкам. И если бы не Валентина Михайловна, которой больше понравилась его военная форма, а не он сам, то, возможно, до сих пор оставался бы он холостяком. Но и с женой они уже давно спали отдельно. За многие годы пропал пыл мужской доблести, и до сегодняшнего дня подполковник думал, что женщины его больше не интересуют. Но, к своему изумлению, он ошибался.

— Проказницы, — беззлобно произнес начальник колонии, застегивая брюки.

— Понравилось, так и скажи, — рассмеялась Вера, а подружка поддержала ее.

— Ну что, изменил мнение о нашей профессии? — сквозь смех поинтересовалась Наташа.

— Не то, чтобы совсем, но есть в ней и положительные стороны, — ответил Мирошниченко, выруливая на трассу.

Настроение его заметно улучшилось, и всю дорогу они весело беседовали. Девушки очень удивились, узнав, что на зону их провозит нелегально сам начальник колонии, и даже прониклись симпатией к толстяку.

— Ложитесь: одна на пол, другая на сиденье и укройтесь пледом, — проинструктировал подполковник, подъезжая к колонии.

На территорию, как обычно, автомобиль пропустили без всяких препятствий, а в гараже проституток уже поджидали Лунатик и Леший, личные посланники Дикаря, которого положенец назначил ответственным за женщин. Тарас Поликарпович отослал лейтенанта, который занял должность прапорщика Игнатьева, за своим личным водителем.

— Что-то сцепление барахлит, — объяснил он молодому офицеру. — Дашь моему шоферу пару человек в помощь, пусть найдут и устранят неисправность, — отпустил он последние указания.

Как только нежелательный свидетель скрылся, подполковник выпустил проституток наружу.

— Учтите, если попадетесь, я вас и знать не знаю, — предупредил он их на всякий случай.

— Не волнуйся, гражданин начальник, — оскалился Леший. — Ты для нас человек ценный, не подведем.

Пока он говорил, Лунатик незаметно сунул подполковнику сверток.

— Что это? — хотел было возмутиться Мирошниченко, но Лунатик торопливо прошептал ему на ухо:

— Это тебе Мутант передал, в знак благодарности.

Начальник колонии на мгновение задумался, но потом решительно сунул сверток за пазуху и, отвернувшись, зашагал прочь. В свертке оказалась значительная сумма денег: три тысячи рублей. Хоть и попал Тарас Поликарпович в зависимость к авторитету преступного мира, но его услуги хорошо оплачивались. Жадность к деньгам склоняла его к мнению, что он не так уж и плохо устроился. Раньше, чтобы заработать, ему приходилось рисковать куда больше. К тому же подполковник был уверен, что его не заложат, нужно только самому быть осторожнее.

Мирошниченко оказался прав. В дальнейшем к нему по пустякам не обращались.

Освобождение по двум третям срока, расконвоирование, химия по половинке — вот вопросы, которые приходилось решать Мирошниченко по просьбе Мутанта. Причем делалось все в рамках закона и за приличное вознаграждение. Только колонией фактически руководил положенец.

Но всех все устраивало, поэтому жизнь в зоне шла своим чередом, без чрезвычайных происшествий, и подполковник даже получал поощрения со стороны высшего руководства.

Начальник колонии уже думал, что госпожа Удача вновь повернулась к нему лицом.

 

Полковник Сазонов сразу заподозрил своего бывшего отрядного в причастности к той самой краже. Он в точности проанализировал его план: слишком знакомая схема. Антон Герасимович позвонил Мирошниченко и дал понять, что знает организатора преступления.

Позже, когда он узнал о побеге из колонии Атамана и Диксона и до него дошли слухи, что Мирошниченко тоже пострадал, картина окончательно прояснилась. Несмотря на то, что и Мирошниченко оказался в роли пострадавшего, Сазонов затаил на него злобу и только выжидал удобный момент, чтобы отомстить. Такая возможность ему вскоре представилась. Полковнику предложили должность заместителя начальника УВД области, и он, естественно, согласился.

В непосредственное подчинение Сазонова перешли все зоны области. Раз в неделю Антон Герасимович собирал всех начальников колоний на совещание у себя в кабинете.

Для подполковника Мирошниченко новое назначение Сазонова не сулило ничего хорошего. Тот его колонии уделял более пристальное внимание, чем остальным: поощрения прекратились и начались всякие мелкие служебные неприятности, которые обещали перерасти в более крупные.

Тарас Поликарпович понимал, что его спокойная жизнь закончилась, и старался держать ухо востро. Но, как говорится, и до столба можно докопаться, было бы желание. А такое желание у его непосредственного начальника было.

Более того: ненависть и жажда мести буквально светились в глазах полковника, в интонации голоса проскальзывала явная угроза. Но время шло, и, казалось, все оставалось по-старому. Мирошниченко привык к постоянным нападкам со стороны Сазонова и уже не так болезненно реагировал на них и даже рискнул написать рапорт генералу, где отметил, что полковник относится к нему предвзято и ищет в работе только изъяны, совершенно не замечая положительных сторон его деятельности.

После серьезного разговора, состоявшегося с генералом с глазу на глаз, полковник Сазонов, казалось, вообще перестал обращать внимание на Мирошниченко. А тому только это и было надо.

Антон Герасимович задумал, однако, поймать бывшего приятеля с поличным на каком-нибудь серьезном правонарушении, а то и преступлении. И не только освободить того от занимаемой должности, но даже по возможности отправить за решетку.

Заместитель начальника УВД области был уверен, что Тарас Поликарпович наверняка занимается махинациями, но неоднократные проверки документации ни к чему не приводили: все соответствовало букве закона. Тогда Сазонов пришел к выводу, что необходимо за начальником колонии установить негласное наблюдение, которое рано или поздно должно привести к желаемому результату. Но где подыскать нужную и надежную кандидатуру?

Нужный человек ему вскорости подвернулся. Им оказался бывший прапорщик Игнатьев, когда-то служивший у Мирошниченко и уволенный в отставку после побега Казакова и Сайфутдинова. Игнатьеву польстило, что такой высокий чин, как Сазонов, дает ему тайные поручения, к тому же неплохо оплачиваемые…

Мирошниченко даже не догадывался, что за ним ведется постоянное наблюдение. Его бдительность заметно ослабла после того, как Сазонов потерял всякий интерес к нему.

Тарас Поликарпович отлично понимал, что затишье временное, стоит ему дать малейший повод — и буря разразится с новой силой, и все же наслаждался временной передышкой. Да и подловить его на чем-то нелегко. Зоновские авторитеты лишний раз им не рисковали, слишком уж ценного человека они завербовали. Поэтому наблюдение в течение трех недель результатов не принесло. Но сколько веревочке ни виться, а концу быть! Именно такого мнения придерживался терпеливый Игнатьев.

Однажды на базаре с полными хозяйственными сумками протискивался Мирошниченко к выходу, когда почувствовал на плече чью-то легкую руку. Он обернулся и увидел прямо перед собой одну из проституток, которую он неофициально провозил на зону.


Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127

Комментариев нет

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *