Не бойся


— И на нарах приходилось, — ответил гость. — Дело, я смотрю, у вас поставлено на широкую ногу, а ты, значит, всему голова.

— Так, скромный организатор, — принизил свою значимость собеседник. — Помогаем колхозам и совхозам в строительстве. Должен ведь кто-то обустраивать жизнь на селе, если государственные строительные компании не справляются.

— Ты мне лапшу на уши не вешай, — улыбнулся Тарас Поликарпович. — Председателям колхозов и директорам совхозов выгодно иметь дело с шабашниками. Они не скупятся на государственные деньги, а при расчете им и самим немало перепадет.

— Если ты такой умный, то почему угодил к хозяину? — спросил наниматель.

— Потому что сам когда-то был хозяином. — Алик раскрыл рот от изумления, а Мирошниченко добавил: — Но глупым хозяином.

— Ты серьезно?

— Шучу, — рассмеялся Мирошниченко. Он испугался, что может потерять только что найденную работу.

— А я подумал, — заулыбался работодатель, — что ты лазутчик какой.

— Показывай, где моя раскладушка. Устал я, тяжелый денек выдался.

Тарас Поликарпович прожил в этой квартире шесть дней. Когда набралось нужное количество работников, за ними приехал непосредственный начальник строительства, кавказец. И бывший блюститель порядка и законности превратился в шабашника. Занимал он самое низкое служебное положение. Строительной специальности ему не довелось приобрести, вот и стал разнорабочим.

Работали от зари до зари, без выходных дней. Жили в вагончике. Кормили их хорошо, но без особых изысков, вечерами иногда давали водку. Но денег они не видели. Сулили расплатиться в конце сезона. Тех, кто увиливал от работы или чрезмерно увлекался спиртным, выменивая ворованный строительный материал у местных жителей на самогон, выгоняли, не заплатив ни копейки. Несколько раз приезжал Алик в роли инспектора. Не являлось секретом, что он главное лицо в этом деле.

Как бы там ни было, а строительство свинарника к осени завершили. Однако получили рабочие копейки.

— Это чистой воды надувательство! — возмутился Тарас Поликарпович. — Сами лопатой гребут, а нам крохи с их стола. Пошли к бригадиру, — подстрекал он мужиков, которые еще не успели разъехаться.

— Я с вами не договаривался, — отмахнулся от них бригадир. — Сколько мне Алик велел, столько и выдал.

— Он еще приедет сюда? — спросил Мирошниченко.

— Завтра будет объект председателю сдавать.

— Почему же он тогда распустил рабочих? — не поверил Тарас Поликарпович.

— Потому что сдача свинарника — это обыкновенная формальность, у них уже все оговорено и деньги уплачены, — пояснил бригадир, не рискнув связываться с грамотным шабашником.

Как ни уговаривал бывший подполковник шабашников остаться до завтра, те, сославшись на бесполезность затеи, разбрелись. Но двое остались, решив его поддержать и потребовать с Алика справедливой оплаты труда.

Сидя в маленькой конторке, которой служила часть передвижного вагончика, Алик просматривал какие-то бумаги, делая на полях нужные пометки. Бригадир уже ушел, он жил в селе у молодой вдовушки, и эта ночь должна была у них стать прощальной. Алик уже собирался уходить и захлопнул папку с документами, когда в вагончик ввалились трое.

— Вы чего здесь ошиваетесь? — не очень-то приветливо спросил он непрошеных гостей. — Если насчет работы, то найдете меня на будущий сезон.

— Мы по поводу оплаты в этом сезоне! — В голосе предводителя рабочей делегации звучала угроза.

— Я уже с вами рассчитался, — заявил работодатель. — Уходите, некогда мне тратить время на пустые разговоры.

— Обещал, значит, манну небесную! А на поверку что вышло?

— А что на поверку? — изобразил Алик удивление на лице. — Заплатил разом за все месяцы.

— Ты не валяй ваньку! — повысил голос Мирошниченко. — На стройке любой работяга такие деньги за месяц получает.

— Вот и нанимались бы работать в госструктуры. — Алик взял со стола дипломат, папку сунул под мышку. Раскрыть дипломат при рабочих он не рискнул.

— Куда намылился? Разговор не окончен, — попытался задержать его один из делегатов.

— Ничем не могу помочь. — И он направился к выходу, крепко сжимая ручку дипломата, что не ускользнуло от внимания Мирошниченко.

— Ты прекрасно понимаешь, почему мы на тебя горбили, — преградил нанимателю путь Тарас Поликарпович.

— Пропусти, — потребовал тот.

— А ты не хочешь показать, что у тебя в дипломате? — И Тарас Поликарпович толкнул Алика в грудь. Он отлетел в глубь вагончика, выронил папку, но не стал ее поднимать, а прижал к себе дипломат. На лице промелькнул испуг.

— Приходите завтра утром, я доплачу, — сказал он.

— Мы уже сыты твоими обещаниями. Открывай дипломат, что-то уж очень ты им дорожишь. Подозреваю я, что в нем и находятся кровно заработанные наши денежки, — наседал на главу строительства Мирошниченко.

Остальные с интересом наблюдали за развитием событий.

— В дипломате очень важные документы, я не могу показать их вам, — пошел на хитрость наниматель.

— Похоже, что ты нас совсем за дураков держишь, — ухмыльнулся бывший подполковник. Еще скажи, что они секретные. — Он двумя руками ухватился за дипломат и потянул его на себя. Алик держал кейс так, что вырвать одному было не под силу.

— Не отдам! — закричал он.

— Да помогите же, идиоты! — позвал на помощь Мирошниченко.

Втроем, но все равно с большими усилиями, они своего добились. Двое удерживали Алика, а Тарас Поликарпович вскрыл дипломат, который наполовину был заполнен деньгами.

— Ого! — даже присвистнул один из них.

— Понял теперь, куда текут наши денежки? — нравоучительно произнес старший. — Этого свяжем, — кивнул он на Алика, — а деньги разделим на три части. Не бойтесь, в милицию он не пойдет, у самого рыло в пушку.

— Я не хотел тебя брать с самого начала, — высказался наниматель со злостью. — Неужели думаешь, что подобная наглость сойдет тебе с рук?

— Будь уверен. Ты, мальчик, пешком под стол ходил, когда я усваивал первые жизненные уроки.

Работяги слушали перепалку и следили за тем, как раскладывались деньги на три кучи. В какой-то момент они успокоились и ослабили хватку. Алик резко и неожиданно дернулся, высвободившись от работяг, схватил табуретку и попытался ударить ею Тараса Поликарповича, но тот вовремя отклонился, и удар пришелся ему по плечу. Деньги со стола слетели, рассыпавшись по полу.

— Ах ты, гнида! — С этими словами один из рабочих с разбега толкнул Алика в спину.

Наниматель как раз занес над головой табуретку для повторного удара по голове Тараса Поликарповича. Толчок в спину был настолько сильным и неожиданным, что Алик, выбив табуреткой окно, чуть сам не вылетел на улицу. Он изрезал все лицо и выронил табуретку, которая выпала наружу. Алик хотел просунуть голову обратно, но подвернул ногу.

Нижний острый осколок разбитого стекла вошел в шею, как нож в масло. Он выпучил перепуганные глаза, вторая нога подкосилась, и несчастный сполз по стене на пол вагончика. Осколок еще глубже вошел в человеческую плоть и, отколовшись, остался в шее.

— Вы меня убили, — проговорил работодатель каким-то булькающим голосом.


Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127

Комментариев нет

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *