Мое проклятие Книга 3 / Право на счастье


— Простите, — пробормотала сконфуженно.

— А потом вы завершили ритуал, сняли с меня удавку кровной клятвы, и я почувствовал себя как человек, который впервые смог вдохнуть воздух полной грудью..

— А вы не боитесь, что просто сменили хозяина на хозяйку? Одну веревку на другую, более крепкую? — добавила ложку дегтя в его огромную бочку приторно сладкого меда. — Нет, я, конечно, не собираюсь пользоваться никакими преимуществами, но все-таки…

— Теперь я вижу, вы и в самом деле не имеете представления о том, что произошло, — мэтр снисходительно усмехнулся. — Маг до встречи со жрицей живет вполсилы. Она единственная в состоянии полностью раскрыть его способности. Так что я уже выиграл. Ну, и кроме того… — голубые глаза лукаво блеснули. — Да, связавшая получает безоговорочную преданность тех, чью звезду она зажгла. Навсегда, до последнего вздоха. Но и круг имеет право влиять на поступки и решения своей Старшей. А я пока и есть весь ваш круг.

Мда… вот во что я опять вляпалась?

— Я тоже не собираюсь пользоваться никакими преимуществами, Вы моя жрица. Я ощущаю вас частью себя, и никогда не причиню вреда, — поймав мой настороженный взгляд, мягко произнес Вольпен. — Жаль, что вы не понимаете сути нашей связи, иначе доверяли бы мне больше. Кстати, а откуда вы узнали слова, необходимые для закрепления союза?

— Ну… — протянула я, прикидывая, стоит ли упоминать о Дневнике. Если маг его до сих пор заметил, значит он пока не хочет показываться. — Мне помогли… подсказали…

Я не успела договорить. Книга слабо засветилась, во всей красе представая перед отшатнувшимся от неожиданности мужчиной, и тихо зашелестела страницами.

«Дурак дурака учит, а оба ничего не смыслят», — прочитала я вслух еще один перл, фыркнула и подняла глаза на остолбеневшего Вольпена: — Знакомьтесь, мэтр, владычица Иравит, моя наставница… некоторым образом. — Покосилась на возмущенно дернувшийся артефакт и уточнила: — Ужасно строгая.

 

***

Обед мы благополучно пропустили. Я в любом случае не собиралась до вечера выходить из комнаты, а вот маг о нем, кажется, и не вспомнил, так его потрясла встреча с Иравит. Даже нарочитая суровость и командный тон фраз, которыми выстреливал в него Дневник, не смутил.

С восторженным изумлением мой доблестный соратник читал вопросы, подчеркнуто вежливо отвечал и безропотно принимал все поучения. Глаза его сияли, щеки раскраснелись, а на губах играла блаженная улыбка. Он казался совсем мальчишкой — юным адептом, робко, снизу вверх взирающим на великого гуру. Теперь, когда с его лица сползла самоуверенно-снисходительная маска и мужчина перестал изображать высокомерного гада, я вдруг с удивлением поняла, что он, на самом деле, еще очень молод. Интересно, сколько ему лет? И давно он покинул Башню?

«Тот, кто с открытой душой и сердцем внимает наставнику своему, многого достигнет», — наконец удовлетворенно подвела итог владычица, и ее собеседник польщенно склонился.

«Прилежный ученик, — тут же отреагировала Иравит, словно увидела этот почтительный жест, — умеет слушать внимательно…»

— Но делать по-своему, — устав от их взаимных расшаркиваний, выдала я собственную версию.

Книга возмущенно подпрыгнула, а гость укоризненно качнул головой. Да, эти двое поразительно быстро нашли общий язык.

— Мэтр, по-моему, вам пора, — невинно хлопнув ресницами, напомнила новоявленному адепту Дневника. — Скоро вечер. Надеюсь, вы не забыли, что должны присутствовать на помолвке и церемонии Выбора?

Вольпен досадливо поморщился, и я поняла: как ни смешно, но на самом деле — забыл. Увидел артефакт, и все мысли из головы выветрились. Действительно, как можно думать о какой-то там церемонии, если здесь такая… такой… такое… В общем, чудо!

— Идите, — усмехнулась мягко. — Самое важное мы обсудили, теперь все зависит от вас, мне остается лишь ждать. А Иравит никуда не денется, еще успеете пообщаться.

— Да… — мужчина нахмурился и моментально подобрался. Восхищенный юноша исчез. Передо мной снова стоял маг — серьезный, сосредоточенный, уверенный в себе. — Я сделаю, как договорились. Не переживайте.

— Не переживай, — поправила твердо. — Окружающим не стоит знать, что наши отношения изменились. Я для вас по-прежнему всего лишь нара Рина Варр, вдова из Иртея. Вы для меня — уважаемый мэтр, личный маг наследника рода, к которому я обязана обращаться на «вы». Ну а вы, естественно, имеете полное право «тыкать» простолюдинке.

Маг коротко кивнул, соглашаясь с моими доводами, попрощался — причем с Иравит отдельно — и вышел.

«Трудно отыскать достойного учителя, еще труднее — усердного ученика», — удовлетворенно зашуршав, поведала книга.

— Вы считаете меня плохой ученицей? — прищурилась я подозрительно. Стало почему-то обидно.

«Из самых диких жеребят выходят наилучшие лошади, надо их только как следует выездить», — не задержался с ответом артефакт.

Это что, меня сочли перспективной? Ладно, и на том спасибо.

А страницы продолжали переворачиваться.

«Размышление без знания опасно», — предостерегла следующая строка.

— Согласна, но…

«…но знание без размышления — бесполезно», — закончил Дневник и, сочтя тему исчерпанной, беззвучно захлопнулся.

А я занялась тем, что мне сейчас порекомендовали. Вспоминала разговор, реплики Иравит, которые она ловко вплетала в нашу беседу, ее вопросы, ответы мэтра. И думала… думала…

Мужчина сразу и довольно категорично заявил, что отправляется искать храм вместе со мной. Сопровождать, защищать, помогать жрице, какой бы путь она ни выбрала — обязанность мага, вошедшего в круг. И он, Вольпен, намерен неукоснительно исполнять свой долг. Так что возражения не принимаются.

Я и не возражала. На душе вдруг стало невероятно спокойно и радостно. Отступило гнетущее чувство одиночества, которое никогда не покидало меня в этом мире. Даже когда я находилась рядом с Савардом, оно не исчезало — просто забивалось в самый дальний угол души и там, свернувшись, дремало в ожидании своего часа. А теперь вот отпустило.

Так что я терпеливо выслушала пылкую речь мэтра, улыбнулась, благодаря и соглашаясь одновременно, а потом спросила о Теомере. Отпустит ли высокородный своего личного мага? Поймет ли, что потерял над ним власть?

Разрешения у хозяина Вольпен спрашивать не собирался и службу ему отныне считал законченной. А вот заметит ли наследник, что одаренный больше ему не подчиняется, точно сказать не мог. Скорее всего, сам саэр ничего не почувствовал и не почувствует, но кровная клятва давалась на родовом артефакте, и в свидетели призывалась сила дваждырожденного. Стихия сразу же ощутила разрыв связи между слугой и господином. Как она себя поведет — сообщит Теомеру или оставит его в неведении — мэтр не брался предугадывать. Не знала об этом и Иравит. В ее время подобного не случалось.

На мое растерянное:

— Конечно, расскажет. Стихия полностью повинуется воле своего носителя.

Книга откликнулась загадочным:

«Не всякий, кто называет себя Повелителем, им является».

И все. Дальше пояснять что-либо она отказалась.


Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95

Похожие книги

Комментариев нет

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *