Мент


В зал суда родственники пришли с оружием. Несмотря на долгие годы советской власти и массовые репрессии чеченцы сохранили культ оружия. Девять мужчин с обрезами, пистолетами и даже автоматами Калашникова ждали появления кровника. А вводили подсудимого в клетку несколько необычным способом — через люк в полу.

Когда убийца появился в этом люке, родня убитого с криком «Ложись!» выхватила оружие. Если бы они дождались, пока конвой закроет люк, убийца был бы обречен. Они поспешили! Загремели выстрелы, и раненый кровник сразу прыгнул в люк. Один из конвоиров упал, закрыв голову руками. Другой начал доставать оружие, и ему прострелили плечо. Судья — Председатель Верховного суда — сидит молча, бледный. Сделать в такой ситуации он ничего, разумеется, не может. Да и никто не может противопоставить что-либо ярости девяти вооруженных горцев… Убийца скрылся в люке. Один из чеченцев расстреливает из автомата замок на клетке, врывается внутрь и ныряет в люк. За ним следуют еще четверо. Остальные захватывают в заложники Председателя Верховного суда! В зале суда царит паника, кричат и плачут родственники убийцы, пахнет порохом… А в подвале продолжается погоня. Но время упущено, лабиринт коридоров незнаком. Убийце удалось скрыться! Обычай кровной мести остался не исполнен.

На четырех автомобилях, с заложником — председателем Верховного суда республики! — девять чеченцев стали прорываться к Чечне. Со стрельбой, с погоней на хвосте… Части из них удалось скрыться, а часть была, разумеется, задержана. Боевик кончился, началась тюремная драма.

Следствие по громкому, скандальному делу проводили аж в Мурманске, подальше от Чечни. А суд проходил в Ростове-на-Дону. Всем вменили семьдесят седьмую статью — бандитизм, плюс незаконное владение огнестрельным оружием, плюс — вдогонку — еще что-то. Не нужно быть юристом, чтобы понять: бандитизмом здесь и не пахнет. Однако следствие пошло именно по этому пути. Суд поддержал. Срока все получили немалые — начиная от десяти лет и выше. Почему ни следствие, ни суд не использовали статьи о кровной мести и покушении на убийство, авторы объяснить не берутся… Но именно так и было.

Процесс был громкий, меры безопасности — беспрецедентные. На крыше горсуда сидели снайпера. Присутствие публики на процессе было ограничено. Все мало-мальски вызывающие подозрение досматривались на предмет оружия.

…Итак, все получили сумасшедшие срока. Четверо чеченцев из личной гвардии Дудаева — самые большие. Их содержали всех вместе и постоянно перебрасывали с зоны на зону в северных областях России. Один из этапов забросил их в Екатеринбург, в двойку… Есть там недалеко от централа режимно-разрежимное учреждение. Образцово-показательное. Красное. Краснее некуда. Краснее, наверное, и не бывает. Там актив ходит с дубинками. Вот туда-то и попали четверо чеченцев.

…Входит человек. Одет как зэк, но с дубинкой. С порога заорал: как сидите? А ну сядьте, как детишки в школе, — ровно! Руки на колени!… А ты, спрашивают у него, кто? — Осужденный. — А что же ты командуешь? Ты что — мент? Или больной?

…В ответ последовал удар палкой.

— Зря ты так, — сказали ему чеченцы. Все они были борцами, и каждый — поодиночке и без оружия — не побоялся бы вступить в схватку с этим отморозком. И почти наверняка победил бы. — Зря ты так делаешь. А ну-ка, если не хочешь на инвалидность перейти, зови сюда дежурного опера.

По глазам ли их, по интонации, по уверенности в себе, но понял дурак отмороженный: могут изувечить. Или убить… Позвал опера.

— В чем проблема? — спрашивает опер.

— У вас, начальник, зона серьезная? Образцовая?

— Да, — отвечает опер.

— А убийство вам нужно?

— Нет, убийство нам не нужно. В чем, говорю, проблема?

— Мы, — отвечают ему, — ваши порядки уже поняли. Оценили. И если еще раз такое повторится, мы завалим любого. И тогда уже неприятности вам гарантированы.

И опер тоже понял, что все так и будет. Сказали — сделают. Он доложил хозяину, и хозяин сказал: «Давай-ка оформляй их в Тагил». Своей рукой поставил на личных делах аббревиатуру БС… Так они оказались в УЩ 349/13.

 

Заскрипели внутренние ворота шлюза за стальной стенкой автозака. Машина вкатилась внутрь. Зазвучали невнятные голоса, тявкнула собака. Вот мы и приехали. Распахнулась дверь, веселый голос сказал:

— Выходи, орлы! Конечная.

Прошла неделя, как Александр Зверев перешагнул порог зоны. Все было здесь непривычно. Зона казалась огромным и совершенно запутанным лабиринтом из рифленого железа… Заборы, калитки, двери. Тупики и закоулки. Странная, фантастическая декорация, не похожая ни на что виденное ранее. Некий «Мир N 0», в котором тебе жить. И как ты будешь в нем жить, зависит во многом от тебя. Но не только от тебя.

Пребывание в карантине подходило к концу, когда Зверева выдернули в оперчасть… ничего хорошего в этом не было. Зверев шел по стальному лабиринту в сопровождении немолодого, угрюмого опера, гадал: а что от меня надо? Висело над головой низкое серое небо. Оно казалось плотным и непроницаемым. Предположить, что там, за слоем облачности, есть солнце и голубое небо, было совершенно невозможно. Опер помалкивал, шел по стальному лабиринту уверенно. Зверев шагал за ним вслед.

В кабинете оперчасти их уже ожидал еще один человек. Лысоватый, в очках, лет пятидесяти на вид. На столе перед ним лежало личное дело осужденного Зверева.

— Вот, Вадим Вадимыч, — сказал опер, — ваш Зверев. Работайте, а я пойду.

— Благодарю, Олег Палыч, — сказал очкастый. Опер вышел. Сашка стоял посреди небольшого кабинета со столом, сейфом, двумя телефонами и несколькими стульями. Он уже догадался, что Вадим Вадимыч не местный, а приехал из Питера. И разговор пойдет о начальнике тюрьмы на улице Лебедева… Ну, это нам знакомо.

— Присаживайтесь, Александр Андреич, — сказал очкастый доброжелательно.

«Скорее всего, прокурорский следак», — подумал Сашка.

— Я следователь горпрокуратуры Санкт-Петербурга Филатов. Зовут Вадим Вадимович.

— Очень приятно, — буркнул Зверев. — Мне представляться, видимо, нет необходимости?

— Конечно, нет, — ответил Филатов с улыбкой. — Курите?

— Курю, — сказал Сашка и вытащил свои сигареты.

— Ну-с, Александр Андреич, как вам тут сидится?

— Нормально, — пожал Сашка плечами.

— Нормально… Ага. Ну, а на поселение не хотите перейти?

— Что от меня нужно? — суховато спросил зэк прокурорского. Тот несколько секунд помолчал, а потом сказал:

— Сам догадываешься… Ведь так?

— Не-а.

— Ладно… Дашь показания про хищения в СИЗО на Лебедева?

— Конечно, нет. Вы что же, за этим в такую даль ехали?

— Послушай, Зверев, чего ты пыжишься? Ты не пацан. Отлично понимаешь, что сидеть можно по-разному. Поэтому излагаю внятно, без подходцев: начинаешь сотрудничать с нами — живешь нормально, по истечении двух третей срока уходишь на поселок. Ну, а нет — значит, я тебе прямо здесь устраиваю сладкую жизнь. Из ШИЗО не будешь вылезать.


Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94

Похожие книги

Комментариев нет

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *