Оно


Он посылает «Темноту» без особых надежд – он посылал уже много рассказов в разные журналы, но получал одни лишь отказы, поэтому он как громом поражен и обрадован, когда заведующий отделом литературы журнала «Белый галстук» покупает рассказ за двести долларов, с оплатой по публикации. Заместитель заведующего дополняет решение босса короткой запиской, в которой называет творение Билла «лучшим чертовым рассказом‑ужастиком после «Банки» Рэя Брэдбери». Далее зам написал: «Очень жаль, что от побережья до побережья прочитают его лишь человек семьдесят», – но Билла Денбро это не волнует. Двести долларов!

Он идет к своему куратору с бланком отказа от посещения Н‑141. Куратор дает добро. Билл Денбро степлером соединяет бланк с хвалебным письмом заместителя заведующего литературного отдела и прикрепляет обе бумажки к доске объявлений на двери кабинета преподавателя, ведущего семинар писательского мастерства. В углу доски объявлений он видит антивоенную карикатуру. И внезапно, словно обретя собственную волю, его пальцы достают ручку из нагрудного кармана, и на карикатуре он пишет: «Если беллетристика и политика когда‑нибудь действительно станут взаимозаменяемыми, я покончу с собой, потому что не знаю, что еще можно сделать. Видите ли, политика постоянно меняется. Истории – никогда». Останавливается, а потом, в некотором смущении (но ничего не может с собой поделать) добавляет: «Полагаю, вам еще предстоит многому научиться».

Три дня спустя бланк отказа возвращается к нему через почту кампуса. Преподаватель его подписал. В графе «ОЦЕНКА НА МОМЕНТ ПРЕКРАЩЕНИЯ ЗАНЯТИЙ» поставил не двойку и не тройку, право на которые давали Биллу полученные ранее отметки, а сердито выведенную единицу. Ниже преподаватель написал: «Думаешь, деньги что‑то кому‑то доказывают, Денбро?»

– Что ж, если на то пошло, то да, – говорит Билл Денбро пустой квартире и вновь начинает дико хохотать.

На последнем году обучения в колледже он решается написать роман, потому что понятия не имеет, за что берется. Из эксперимента он выходит потрепанным, испуганным… но живым, с рукописью в почти пять сотен страниц. Рукопись посылает в «Викинг пресс», зная, что это будет лишь первая из многих остановок для его книги о призраках… но ему нравится кораблик на логотипе «Викинга», а потому приятнее начать именно с этого издательства. Но, так уж вышло, первая остановка становится последней. «Викинг» покупает книгу – и для Билла Денбро начинается сказка. Человек, которого когда‑то звали Заика Билл, добивается успеха в двадцать три года. Тремя годами позже и в трех тысячах миль от севера Новой Англии он обретает статус чудаковатой знаменитости, обвенчавшись в голливудской церкви в Пайнс с кинозвездой на пять лет его старше.

Колонки светской хроники отводят новому союзу семь месяцев. Вопрос лишь в том, говорится в них, закончится все разводом или признанием брака недействительным. Друзья (и враги) с обеих сторон придерживаются того же мнения. Помимо разницы в возрасте хватает и других очень уж явных диспропорций. Он – высокий, уже лысеющий, уже начинающий полнеть. В компании говорит медленно, временами понять его просто невозможно. Одра – с золотисто‑каштановыми волосами, статная, великолепная. По виду – не земная женщина, а представительница какой‑то сверхрасы полубогов.

Его наняли написать сценарий по его второму роману, «Черная стремнина» (главным образом потому, что право на написание как минимум первого варианта сценария стало непреложным условием продажи прав на экранизацию, несмотря на заявления его литературного агента, что он рехнулся), и его вариант на самом деле оказался очень даже неплохим. Билла пригласили в Юниверсал‑Сити для доработки сценария и дальнейшей работы над фильмом.

Его литагент – миниатюрная женщина Сьюзен Браун. Ее рост ровно пять футов. Она необычайно энергична и даже еще более эмоциональна.

– Не делай этого, Билли, – говорит она ему. – Откажись. Они вложили в этот фильм много денег и найдут хорошего сценариста. Может, даже позовут Гольдмана.

– Кого?

– Уильяма Гольдмана. Единственный хороший писатель, который поехал туда и одним выстрелом убил двух зайцев.

– О чем ты говоришь, Сьюзи?

– Он остался там и не растерял мастерства, – отвечает она. – Шансы на то, что так и будет, не выше шансов победить рак легких. Такое возможно, но кому охота пробовать? Ты сгоришь на сексе и спиртном. Или от каких‑то новых таблеток. – Безумно завораживающие карие глаза Сьюзен сверкают. – А если выяснится, что заказ получит какой‑нибудь зануда, а не такой, как Гольдман, что с того? Книга на полке. Они не могут изменить ни слова.

– Сьюзен…

– Послушай меня, Билли! Хватай деньги и беги. Ты молодой и сильный. Такие им и нужны. Ты поедешь туда, и первым делом они лишат тебя самоуважения, а потом и способности писать. Это прямая линия из пункта А в пункт Б. И последнее, но не менее важное: из тебя высосут весь тестостерон. Ты пишешь, как мужчина, но ты всего лишь мальчишка с очень высоким лбом.

– Я должен ехать.

– Кто здесь пернул? – Она морщит носик. – Должно быть, потому что что‑то точно завоняло.

– Но я поеду. Должен.

– Господи!

– Я должен уехать из Новой Англии. – Он боится произнести следующую фразу (для него это все равно, что произнести заклятие), но не считает возможным скрывать от нее. – Я должен уехать из Мэна.

– Но почему, скажи на милость?

– Не знаю. Просто должен.

– Ты говоришь мне что‑то серьезное, Билли, или говоришь как писатель?

– Это серьезно.

Этот разговор они ведут в постели. Груди ее маленькие, как персики, и такие же сладкие. Он крепко ее любит, но оба знают, что любовь эта ненастоящая. Она садится – простыня сползает на колени – и закуривает. Она плачет, но он сомневается, знает ли она, что он в курсе. У нее просто по‑особому блестят глаза. Упоминать об этом бестактно, он и не упоминает. Он не любит ее по‑настоящему, но она ему далеко не безразлична.

– Тогда поезжай. – Голос становится деловито‑сухим, она поворачивается к нему. – Позвони, когда закончишь, если у тебя останутся силы. Я приеду и подберу остатки. Если останется, что подбирать.

Киноверсия романа «Черная стремнина» называется «Логово Черного демона», и Одра Филлипс играет главную роль. Название ужасное, но фильм получается очень даже ничего. Так что в Голливуде он оставляет одну‑единственную часть своего тела – сердце.

– Билл. – Голос Одры вырывает его из воспоминаний. Он замечает, что она выключила телевизор. Смотрит на окно и видит лижущий стекла туман.

– Я объясню, насколько смогу, – пообещал он. – Ты этого заслуживаешь. Но сначала я попрошу тебя кое‑что сделать.

– Хорошо.

– Налей себе чашку чая и расскажи, что ты знаешь обо мне. Или думаешь, что знаешь.

Она в недоумении посмотрела на него, потом прошла к высокому комоду на ножках.

– Я знаю, что ты из Мэна. – Она налила себе чай из чайника, что стоял на подносе для завтрака. Она родилась и жила в Америке, но в голосе слышался английский выговор – следствие роли, которую она играла в «Комнате на чердаке». Они приехали в Англию на съемки этого фильма. Билл впервые написал оригинальный сценарий. Ему предложили поставить фильм. Слава богу, он отказался: его отъезд окончательно бы все порушил. Он и так знал, что они скажут, вся съемочная группа. Билли Денбро наконец‑то показал свое истинное лицо. Еще один хренов писатель, безумнее, чем сортирная крыса.


Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89

Похожие книги

Один комментарий

  • Мини кошка 25.11.2017 в 12:16

    Приветик! Рассказ просто ккккклллллааааасссссссссс!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *