Киборг и его лесник


– Ну тогда ладно, – «утешился» киборг, спрыгнул с пня и пристроился справа от Женьки. – А куда мы идем?

– Посмотрим, что в восточной части леса творится. Заодно мухоморы поищем.

– На ужин? – живо заинтересовался Джек.

– Ты что, они же ядовитые! Видел, как кабан от них дурил?!

– Ага, я поэтому и спрашиваю.

Лесник возмущенно уставился на киборга: вот только пирожков с мухоморами ему не хватало! Впрочем, идея считать Джека обычным стажером Женьке неожиданно понравилась. Как управлять киборгом, он еще толком не разобрался, и продолжал испытывать при этом непонятную неловкость, а новобранца‑человека можно шпынять на законном основании, снисходительно относясь к его неопытности, промахам и глупым вопросам.

– Каждый лесник обязан за сезон сдать в заготовительную контору десять килограмм мухоморов, тридцать килограмм грибов первой пищевой категории, пятьдесят – второй и много чего еще, вечером покажу тебе список.

– А если не сдашь?

Женька поморщился. Съедобные грибы в крайнем случае можно купить у профессиональных ловцов, но на мухоморы приходилось охотиться самому. Фильке проще, кабаны с их сверхчутким обонянием вынюхивают плодные яйца грибов сквозь тридцатисантиметровый слой земли за день‑два до вылупления, а потом мухоморы разбегаются по лесу, и фиг их догонишь и поймаешь, мелких, вертких и кусачих.

– Депремируют.

– Так ведь тебя уже, какая разница?

– Есть ежеквартальная премия, а есть ежегодная…

И суровый шеф, перед которым Женька и так изрядно проштрафился.

– А если сдать больше?

– Тогда на следующий год план повысят.

Лесник привычно приготовился к всплеску возмущения, но Джек спокойно сказал: «Понятно», – и замолчал. Стажер мечты, ёпт!

Через час Женька обнаружил еще одно неоспоримое преимущество киборга – не надо подстраиваться под его шаг, можно идти с привычной скоростью, на которой спутники лесника обычно уже через пару километров выдыхались и начинали просить пощады. Джек же не только с легкостью поддерживал нужный темп, но и успевал любопытно крутить головой и словно играючи закладывать небольшие крюки, чтобы обогнуть яму или выворотень.

Однако работа лесника заключалась не в простой ходьбе по лесу.

– Что ты делаешь?

– Оцениваю зрелость грибницы. – Женька заровнял мох в одном месте и разгреб в другом.

– Как?

– Смотри. – Лесник сделал окошко пошире, обнажив землю и застилающую ее сеточку из желтоватых нитей. – Это верховые гифы подберезовика, они уже порыжели, но узелков пока нет. Значит, плодных яиц в глубине – тоже.

– А как ты узнал, что здесь есть грибница и какая именно?

Женька пожал плечами. Чуйка, у которой, конечно, имеется логическое объяснение, однако нарабатывается она исключительно многолетней практикой.

– Подходящее место: низинка, взрослый березняк, почва нужной плотности и влажности. И вон там – позапрошлогодние норы.

– Они же полуобвалились и мхом затянуты.

– Впадинки очень характерные.

– Но в прошлом году грибница не плодоносила, вдруг она погибла?

– Тогда здесь по‑другому пахло бы.

– Тут везде грибницы, и они пахнут практически одинаково, – озадаченно возразил Джек. – Ты не мог определить ее вид по запаху, да еще сквозь мох.

Женька снова пожал плечами. Пахло не чем‑то конкретным, а в целом, создавшимся на этом кусочке леса микроклиматом.

– Научишься, – коротко пообещал он.

– Недостаточно данных для анализа. – Джек выглядел уязвленным, и лесник не удержался от снисходительной усмешки: все‑таки черта с два машины смогут полностью заменить людей!

– Ну, значит, не научишься.

Женька двинулся дальше, но уже через несколько шагов снова присел, потом вообще лег на живот перед поваленной березой, достал нож и принялся аккуратно поддевать и сковыривать кору с нижней части ствола. Она отслаивалась легко, здоровенными кусками, обнажая влажную древесину с извилистыми канавками – ходами личинок.

– Под ней ничего нет, – теперь снисходительный тон был у киборга.

– Я смотрю, что было.

Лесник выборочно снял еще несколько кусков, подозрительно растер между пальцами щепотку трухи, опять‑таки принюхался. Нет, все нормально, характерного «песьего» душка нет.

– Несколько лет назад в районе случилась вспышка двухфазной жужелицы, – наконец пояснил он, вставая. – Ее личинки питаются мертвой древесиной только первые несколько месяцев, потом уходят в землю и переключаются на живые корни. Здоровенные вырастают, во! – Женька до предела развел большой и указательный пальцы. – Двухлетний омлох за ночь могут без корней оставить, тянешь за стволик – он и вынимается, как колышек. Но по взрослым деревьям заражение не сразу видно, подроста тут нет, зато такие подгнившие паданцы очень показательны, жужелицы их обожают.

Джек слушал очень внимательно, словно рассказ лесника его действительно интересовал. Наверное, так и должно быть, но раньше Женьку не оставляло ощущение, что киборг про себя посмеивается над хозяином, наивно разжевывающим ему прописные истины.

– Сам жук, кстати, красивый получается, – увлекшись, продолжал лесник. – С ладонь, в бело‑синих разводах и с черными ветвистыми рогами.

– Я знаю, – неожиданно сообщил Джек. – У меня установлена программа распознавания эдемских животных и растений.

– Тогда на фига я перед тобой распинался? – насупился Женька – похоже, киборг снова его провел.

– В программе есть только сама жужелица, – уточнил Джек. – И только грибы. Про личинок и про грибницу там ничего нет, для успешной работы боевого киборга они несущественны.

– Ну вот а для лесника очень даже существенны, – проворчал Женька, еще не решив, верить «компаньону» или коварный искин просто подлизывается к наивному хозяину. – И что там у тебя про грибы сказано?

– Название, научное и местное. Внешний вид. Пригодность в пищу. Потенциальная угроза. Уязвимые места. Способы уничтожения, – добросовестно перечислил Джек. – А что такое «узелки» и какая у них связь с грибами?

– Ну, узелки – это те же плодные яйца, только недоразвитые, у поверхности земли для них слишком много кислорода… Точнее, не для них, а для симбиотических почвенных бактерий, которые заселяют сплетения гиф и стимулируют их рост…

Женька начал нехотя, но постепенно снова разговорился. Такого киборг точно знать не может, это из углубленного курса биологии, который только в профильных училищах проходят. Лесникам, правда, его преподавали в сильно урезанном виде, делая акцент на местные виды живых существ, их экологическую роль и практическое значение, да Женька и сам не рвался объять необъятное, но когда твое хобби совпадает с работой, то самая занудная научная статья читается как бестселлер.

Дорога пролетела незаметно. Киборг оказался даже более благодарным слушателем, чем настоящий стажер, про обычных людей и говорить нечего – у Санька стекленели глаза после первого же научного термина. Джек, правда, тоже постоянно уточнял незнакомые слова и понятия, порой самые простые, но в сочетании с «заинтригованным» тоном это не раздражало, к тому же киборг не забудет ответ уже через пять минут.

Западная часть Женькиного участка была одновременно и самой унылой, и самой проблемной. Почти сплошь спелый ельник с редким вкраплением березняка, ближе к северу начинаются редколесные холмы, по которым шляются охотники на зайцев, а ближе к югу еще хуже – грибники, понабежавшие с аэростанции. Ловить грибы якобы любой дурак умеет, на чем куча дураков и прокалывалась. Вот Женька и решил пройтись от подножия холмов до опушки, осмотреть старые грибницы, разведать новые и прикинуть грядущий урожай. Хотя и так ясно, что богатый будет: в прошлом году осень не задалась и гифы отдыхали, разрастаясь и накапливая силы. Вон сыроежки уже «выстрелили».



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29

Комментариев нет

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *