Киборг и его лесник


Перед отлетом Женька думал наведаться в балку, но место, где он проторчал почти двое суток и потерпел такое позорное фиаско, вызывало у него отвращение. Браконьер уже наверняка забрал своего киборга, а кабаны так надежно распуганы, что ставить капкан заново нет смысла.

В итоге Женька дотянул до упора, когда пора все бросать и мчаться на аэростанцию. Использовать служебный флайер для личных нужд не разрешалось, и хотя при необходимости лесник без особых угрызений совести летал на нем в ту же столицу, так откровенно палиться перед начальством не хотелось.

Курсы проходили в здании родного техникума на краю города, и съехавшихся на них слушателей поселили в до боли знакомом общежитии. Даже ремонт, кажется, с тех пор не делали. Женька бросил на кровать своей неразлучный рюкзак, подошел к окну и вздрогнул: оно выходило уже не на лес, а на новостройку. Столица разрасталась, природа отступала.

– Привет, коллега! – На соседнюю кровать грузно опустился незнакомый мужчина лет на десять старше Женьки. – Ты из какого района?

– Северное Омлошье.

– А его разве не упразднили? – удивился сосед.

В лесничестве давно ходили слухи, будто большую часть района собираются отдать под фермерские хозяйства, а меньшую – присоединить к соседнему, но пока, тьфу‑тьфу‑тьфу, приказа о тотальной расчистке не поступало, велись только плановые и санитарные вырубки.

– Нет, – коротко ответил Женька. – Надеюсь, и не упразднят.

Лекции, как Женька и ожидал, оказались неимоверно скучными и пустыми: про передовые технологии ухода за лесопосадками («А передовое оборудование для этого нам кто‑нибудь даст?!»), про важность техники безопасности и правильного режима труда и отдыха (дружный хохот в аудитории), про новые инвазивные виды и методы их контроля (это было бы интересно, если бы Женька не следил за темой в инфранете, а так он и сам мог по ней лекции читать). Но в субботу предстояло сдавать зачет, так что приходилось вслушиваться и вдумываться.

Настоящая учеба начиналась вечером, когда лесники собирались у кого‑нибудь в комнате, вспоминали студенческие деньки и делились реальным, живым опытом. В такой компании Женька чувствовал себя непривычно свободно и уютно, здесь его работу воспринимали всерьез, а не смотрели со снисходительной жалостью, как на малость сдвинутого: «А‑а‑а, лесник…» Не то чтобы это заставляло Женьку усомниться в выборе профессии, но такого же одержимого ею напарника ему все‑таки очень не хватало.

Успешно сдав зачет (принцип тот же: пришел на него – уже молодец!), в воскресенье лесник удрал с торжественного фуршета, едва тот начал перерастать в пьянку. Родители Женьки переехали из поселка в столицу, когда он учился на втором курсе, и, в отличие от будущего лесника, прекрасно там прижились. В доме, как всегда, царила атмосфера жизнерадостной психушки: две сестры успели выйти замуж, и новое поколение ползало по полу вперемешку с кошками, собаками и даже мимикрирующей эдемской черепахой, на которую Женька чуть не наступил; братья и зятья смотрели футбольный матч, шумно болея за любимую команду; мама непрерывно что‑то готовила; папа философски попыхивал трубкой на веранде. Все они Женьке бурно обрадовались, завалили расспросами и рассказами, сунули в одну руку свежий пирожок, а в другую – свежего племянника, требуя немедленно одобрить обоих. Женька тоже соскучился по родне, но пять часов спустя, по дороге на станцию, в его душе преобладало чувство глубокого облегчения: ура, все долги отданы и можно вернуться в свой тихий уютный модуль!

Когда огни столицы остались позади, Женька прижался лбом к холодному окну аэробуса, тщетно пытаясь вычленить из расстилающейся внизу черноты знакомые очертания леса. Во время курсов он старался не думать о своих проблемах, да и времени‑то особо не было, но сейчас они настигли его, как отпущенная резинка. Интересно, передал ли киборг хозяину послание лесника и как долго браконьер над ним смеялся? А главное, что они успели в отместку натворить?!

 

* * *

 

После завтрака Женьке все‑таки пришлось идти в балку, потому что перед сном его кольнула тревожная мысль: а вдруг браконьер попытается подставить лесника и анонимно отправит останки капкана в полицию? Далеко не факт, что шериф станет рассматривать подобную кляузу, к тому же сам по себе кусок капкана ничего не значит – может, Женька просто проверил, рабочий ли он, и сразу собственноручно уничтожил. Но все равно надо убедиться, что там просто обугленная земля, а не дырка на месте выковырянной улики.

Соскучившийся за неделю Филька увязался за лесником и дошел с ним до самой балки. Женька облегченно вздохнул: этой ночью кабаны обновляли тропу, вон раскопанный мох, вот растоптанный трупик старого, пожелтевшего и слишком горького груздя. Филька принялся с энтузиазмом что‑то вынюхивать, а потом чавкать.

Через триста метров тропа оборвалась, исчезла под зеленым ковром. Кабаны долго крутились на этом месте, даже лежки устраивали, а потом почему‑то повернули назад. Лесник обернулся – Филька тоже куда‑то пропал.

Женьку охватило нехорошее предчувствие. Не доставая станнер, он ускорил шаг, поднырнул под упавший ствол, пролез между кустами – и выругался.

Капкан был на месте. Как и киборг. Еще более обтрепанный, грязный и заметно исхудавший, комбез мешком болтается. За неделю он кру́гом выел мох, докуда дотягивался, и, как кабан, перекопал землю в поисках личинок и узлов грибницы, обломав все ногти. Нашел вряд ли много, здесь же до него постоянно вепри паслись. Да и мох, богатый влагой, в качестве еды был пустышкой, причем ядовитой – по крайней мере, телята иногда им травились.

На Женьку, впрочем, киборг отреагировал все так же: развернулся к нему в полной боевой готовности.

– Ну и где твой, мать его, хозяин?! – бессильно выругался лесник. – Какого черта он тебя не забрал?!

Может, у браконьера нет подходящего оружия? Уж за неделю‑то мог бы достать! Лазерные ружья есть у большинства фермеров, для отстрела полевых вредителей и охоты на зайцев, слишком резвых для станнера. Женька тоже подумывал о личном оружии, оформить на него разрешение несложно, но решил, что ради голых понтов такая цацка ему не нужна. На браконьеров с ней все равно охотиться нельзя, а на животных не хочется.

– Ты почему хозяина на помощь не зовешь, а? – от безысходности обратился лесник к киборгу. – Скинул бы ему сообщение: мол, энергия на исходе, приди хоть покорми!

Чтобы продолжать крыситься на Женьку, энергии киборгу вполне хватало. Говорить с ним было так же бесполезно, как с рвущимся с цепи псом, – только еще больше бесится.

Тут Женька заметил, что гарнитуры на ухе киборга больше нет, и когда она исчезла, лесник не помнил. В первую ночь точно была, а потом он не присматривался. Сломалась? Разрядилась? Сорвалась и отлетела за пределы досягаемости? Да какая разница, браконьер же не мог не хватиться своего киборга! Да и капканы он должен регулярно проверять, они же, к счастью, дорогущие, иначе ими весь лес был бы утыкан.



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29

Комментариев нет

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *