Защитник


Узнав все, что необходимо, я отправил забияку в царство Морфея часов этак на пять-шесть.

Состояние же Викториана оказалось много хуже, чем мы предполагали. Он был весь в крови и ожогах, хрипел, судя по всему, руки и ноги у него были переломаны в нескольких местах. Пузыри красной слюны вздувались у него на губах, и он пытался ловить ртом воздух и что-то сказать мне, но я так и не понял, что именно. Даже если бы я с помощью Тогота поставил его на ноги, на сегодня он отвоевался. Колдовство колдовством, а выносливость человеческого тела имеет определенный предел. Я был вообще удивлен, как он до сих пор держится в сознании.

Выслав аморфа вперед, я кровью одного из «скинхедов» быстренько нарисовал любимую транспортную пентаграмму.

— Отправь его прямо к Зеленому Лику, — попросил я Тогота. — Сумеешь? А то нам и без него хлопот хватит.

Я мысленно представил, как перекосило моего покемона. Не любил он Древних.

— Хорошо…

Мы положили тело Викториана в середину пентаграммы, и оно, обратившись в облако дыма, растаяло в воздухе. Я повернулся к Иванычу и маркграфу.

— Готовы?

— Да, — за обоих ответил Иваныч.

— Тогда вперед. Последний бой, он трудный самый…

 Глава 13 Интерлюдия 3 БАУНТИ

В бананово-лимонном Сингапуре, в буре, Когда поет и плачет океан…

А. Вертинский

 

Ступив на трап самолета, я застыл от удивления. Сразу за посадочным рукавом столпилось с десяток служителей местного аэропорта с… инвалидными креслами.

— Разве с нами летела группа инвалидов? — удивился я.

— Спускайся давай, люди ждут, — ментально подтолкнул меня Тогот.

Мне ничего не оставалось, как последовать совету Тогота. И тем не менее я пребывал в полном недоумении.

— А ты чуть задержись, сам все увидишь.

Проходя мимо людей с инвалидными креслами, я сделал вид, что у меня развязался шнурок, сам же из-под локтя наблюдал за происходящим.

— Ну, ты идешь? — нетерпеливо позвала меня моя супруга Аллочка, но я только отмахнулся.

— У меня тут какая-то ерунда со шнурками. Ты иди, очередь на регистрацию занимай. Я сейчас догоню.

Аллочка лишь фыркнула. На ее языке это означало: «Вечно ты в самый неподходящий момент…» Потом, резко вздернув нос, она повернулась и демонстративно зашагала дальше по приемному терминалу.

— А без этих фокусов ты не мог? — обозлился я. — Теперь она мне эти шнурки целый день вспоминать будет.

— Ну, тут тебе повезло, по местному уже семь вечера, так что долго она тебе мозги компостировать не будет…

Я мысленно выругался и, готов был уже продолжить перепалку с Тоготом, как из люка самолета показался прелюбопытнейший экспонат — наш турист, но не просто турист, а один из тех, кто решил не тратить напрасно восемь часов перелета. Как только лайнер оторвался от асфальтовой дорожки в Пулково, этот отдыхающий стал вливать в себя всевозможные спиртные напитки из тех, что продавались в «дьюти фри» и на борту самолета. В итоге он оказался не сильно пьян, а смертельно пьян.

Однако стоило ему лишь переступить борт самолета, как тут же вперед рванулся один из тайцев с инвалидным креслом. Два дюжих стюарда «Аэрофлота» с ловкостью силовых гимнастов усадили неподвижное тельце в инвалидное кресло, и тщедушный таец покатил его в сторону регистрации. А два стюарда исчезли в недрах самолета, судя по всему, отправившись за следующим «клиентом».

— Вот оно. Рашен туристо, облико морале.

— Да уж, — с грустью себе под нос пробормотал я. — И стоило ради этого ссориться с женой!

— Это стоило сделать хотя бы для того, чтобы укрепить твое положение в семье. Ты же мужчина, а не подкаблучник…

Я лишь махнул рукой. Что мог понимать в семейной жизни демон, больше всего похожий на зеленую пупырчатую морковку? И вообще, зачем он пригнал меня сюда? Ладно, сидел бы себе где-нибудь в Турции или Египте, потягивал бы их омерзительный ром или буху какую-нибудь. На фиг нам Таити, нас и тут неплохо кормят.

— И все же, что за неблагодарное создание — человек, ты его кормишь, поишь, уму-разуму учишь, а у него в голове ни одной благодарной мысли, одни упреки…

— Надоел, смени пластинку…

— А вот это грубо…

И, правда, на фиг я согласился на этот Таиланд? Восемь часов мучиться, сидя на одном месте. На мгновение я позавидовал обычным людям, которым никогда не заработать на Таиланд. Следующим объектом моей зависти стали туристы, которые могли позволить себе выпить еще в самолете. К тому же, не будь Тогот таким занудой, я вообще мог бы добраться до Таиланда за считаные мгновения. А что? Резервируешь по Интернету отель. Потом раз… и ты уже в Бангкоке.

— Ну откуда эти мысли только берутся в твоей голове? — тут же возмутился Тогот. Тем временем, заправив шнурок, я отправился вдогонку за Аллочкой.  — Я же сто раз тебе объяснял… Вообще, лет сто назад ты отправился бы в Бангкок пешком, как и положено настоящему паломнику.

— Сто лет тому назад я послал бы тебя в задницу! — спокойно ответил я.

— Никуда бы ты меня не послал. Тебе бы просто пришлось потратить часть своей жизни… большую часть на кругосветное путешествие.

— И кто бы тогда открывал ворота и водил караваны?

— Кто?.. А ты никогда не задумывался, кто всем этим занимается в твое отсутствие?

— ?

— Никто… Эта дорога временно закрыта. До свиданья. Все свободны.

— И…

— И никаких караванов, пока ты не вернешься. В конце концов, всегда есть обходные пути, правда, не всегда они самые быстрые и безопасные.

— Так что, по идее, Петербург мог и вовсе обойтись без проводника?

— Ты шагай и глупостями себе голову не забивай. Мог обойтись! Сказанул, тупоголовый.

— Но ты же сам…

— Мог, но недолго и лишь при крайней необходимости… Вон твоя Алочка, уже у пограничной будки.

Я прибавил шагу. Нервировать супругу, вымотавшуюся после восьмичасового перелета и находившуюся не в лучшем расположении духа, в мои планы не входило. В тот раз мы быстро прошли пограничный контроль и через десять минут, благо из багажа у нас была только ручная кладь, уже брели в поисках трансферов.

Нашим гидом оказался низкорослый таец в пестрой гавайке и черных брюках. Он проводил нас до автобуса, где мы должны были подождать остальных членов нашей группы. Однако, вместо того чтобы спокойно дожидаться в автобусе, мы выползли наружу, расхаживая среди стеклянных витрин и экзотических растений в вазах. Неожиданно я наткнулся на крошечный балкончик, откуда открывалась панорама неведомого мне Бангкока. «Небоскребы, небоскребы, а я маленький такой». Токарев ошибся, посвятив эту песню Нью-Йорку, это скорее о Бангкоке или Сингапуре, где высотных не несколько кварталов, а весь город. Небоскребы, увитые паутиной скоростных магистралей, проходящих на уровне третьего-пятого этажей. Настоящее творение фон Харбоу. [5]

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89

Похожие книги

Комментариев нет

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *