Три королевских слова


– А я думаю, что знаешь. Представь, что этот Леха сбежал не от тебя, а от твоей подружки. От Ольги. Или от Маришки.

– Какой негодяй! – вскричала я тут же. – Гад ползучий!

– Ага, – довольно муркнула Снежинка. – Оказывается, мы всё прекрасно и сами понимаем. У тебя проблемы с самооценкой, хозяйка. Такое часто бывает с книжными девочками, но это пройдет со временем – когда тебе надоест попадать впросак. А пока ты можешь представлять на своем месте дорогого тебе человека. Так тебе легче будет разобраться, что такое хорошо и что такое плохо. А то ишь! Девочка ему Бродского почитала, и поэтому Вася Помидоров теперь у нас страдалец.

– Снежка! Во‑первых, не Вася Помидоров, а Леха Абрикосов, во‑вторых, да не читала я ему Бродского. Ты так говоришь, как будто я на табуретку влезала и оттуда декламировала. Так просто, к слову пришлось, совсем чуть‑чуть. Стали говорить, что лето жаркое, даже слишком, все слегка замучились. Ну, вот я и вспомнила: «Я не то что схожу с ума, но устал за лето. За рубашкой в комод полезешь, и день потерян. Поскорей бы, что ли, пришла зима и занесла все это – города, человеков, но для начала – зелень». Вот и все. Но и четырех строчек хватило, чтобы от меня сбежали.

– Это твой Бродский написал? – заинтересованно спросила Снежинка, не обращая внимания на мое самобичевание. – Молодец, он, наверное, в прошлой жизни котом был. Иногда так устаешь в этой шубе, а солнце все светит и светит… Жа‑арко… И все такое зеленое‑презеленое… В жару сразу хочется чего‑то черно‑белого, начинаешь завидовать обычным котам. Если встретишь Бродского, передай ему, что он хороший поэт.

– Я не встречу его, Снежечка, он уже умер.

– Ну, тогда он сейчас кот, наверное, – рассудила Снежинка. – За хорошие стихи. Может быть, даже чей‑то фамильяр. Я бы с радостью с ним познакомилась.

Я подумала и согласилась, что да, я бы тоже с радостью познакомилась. Хотя мне и непонятно, почему это Бродский за свои стихи должен стать именно котом.

Снежинка посмотрела на меня с укоризной.

– Сама подумай, хозяйка. Разве ты встречала хоть одну собаку, которая писала бы стихи?

Женская логика все‑таки ничто по сравнению с кошачьей, подумала я.

– Нет, не встречала. Хотя, честно говоря, я и котов таких не встречала.

Снежинка возвела к потолку оранжевые очи, на ее белоснежной мордочке появилось мечтательное выражение.

– Встречала. Левиафан пишет стихи.

– Лева?! Наш Лева?

Матерый манул Левиафан при виде Снежинки совершенно терял голову и пытался изображать юного котеночка. От его игривых скачков и пробежек в буфете подпрыгивала посуда и звенели хрустальные подвески на качающейся люстре в гостиной. Теперь выяснилось, что он еще и стихи для Снежинки сочиняет.

– А я и не знала.

– Он пишет стихи только для меня, – довольно мурлыкнула Снежинка. – И только мне читает.

– Лева – мужчина видный, но суровый, не каждому душу раскроет. Счастливая ты, Снежка.

– Да, я такая, – не стала скромничать кошечка. – Лева говорит, что я неповторимая, как настоящая снежинка. И еще что я похожа на Мэрилин Монро. Кстати, это правда, что каждая снежинка уникальна? А кто это придумал и зачем это надо?

На тот момент Снежка забыла о своем новом статусе, и ее мысли принялись по‑прежнему с легкостью переходить от предмета к предмету.

Мне все‑таки хотелось вернуться к волнующему меня вопросу.

– Снежинки и вправду все разные, а почему так, я не знаю. Снежечка, ты мне лучше скажи… – Я смущенно потупилась, но потом продолжила: – А я случайно не зануда? Ну, знаешь, вроде мальчишки не любят таких… Я учусь слишком хорошо и слишком много знаю… таких заучками зовут.

– Тебя в Оленегорске так называли? – удивилась Снежинка. – Никогда не слышала.

– Нет, в нашей школе все нормально было, мне кажется, меня все любили. Но в больших городах все по‑другому – я в телевизоре видела, в сериале «Заучка и Хулиган», который по утрам повторяют. Ты же знаешь, я всегда телевизор на кухне включаю, пока завтрак готовлю…

– Завтрак?.. – задумчиво сказала Снежка. – Может, мне съесть чего‑нибудь?

– Я имела в виду, что, может быть, я… э‑э‑э… зануда?

– Всем бы такими занудами быть, – небрежно бросила Снежинка. – Рыбки? Или сметанки ложечку? Или все‑таки рыбки?.. Пожалуй, я бы съела корюшки… совсем чуть‑чуть, пару штучек…

– Не сезон. Только в консервах, а консервы тебе нельзя. Я тебе лучше сметаны дам, ты вот только на мой вопрос ответь… На самом деле ведь меня волнует не частный случай с Лехой Абрикосовым, арт‑фотографом, бог ему судья, а философский вопрос в глобальном масштабе… с высоты птичьего полета, так сказать.

– Я, конечно, не парень, но мне тоже иногда от тебя сбежать хочется, ведьма Данимира. Выражайся проще. А то ты пока к сути дела подойдешь, сметана прокиснет.

– Проще? Пожалуйста. Ждать ли мне принца на белом коне или…

– Жди.

Снежинка снова повалилась на спину и продолжила ловить невидимую муху.

Я подождала некоторое время, наблюдая за ее игрой, потом разочарованно спросила:

– И это все?

– А что ты хотела услышать?

– Что‑нибудь еще. Хотелось бы развернутого ответа.

Снежинка перестала помавать лапками в воздухе, аккуратно сложила их на груди и повернула круглую мордочку в мою сторону.

– Ну что ты как маленькая, хозяйка? Ты же ведьма. Ведьминскую сущность в мешке не утаить. Ты все равно не сможешь без своих бумерангов, и звонких цитат, и без Эрмитажа, и всего такого прочего. Зачем тебе связываться с тем, кто не хочет ведьму? Сейчас, подожди, – она зажмурилась, и я поняла, что Снежинка подключилась к планетарной мудрости. Вскоре она приоткрыла глаза: – Вот, подходяще. С любимым нужно говорить на одном языке.

Я хихикнула.

– А если я полюблю китайца?

– Тебе разве не хотелось бы услышать Бродского на китайском?

– Э‑э‑э… Понятия не имею… А как ты думаешь, Снежечка, я… это… ну, в общем, если я буду такой переборчивой… – я набрала воздуха и произнесла страшное: – А я случайно не останусь старой девой?

Я очень боялась остаться старой девой.

Снежка снова подергала ухом.

– Ты – не останешься.

Снежинка снова замолчала, но мне хотелось, чтобы она окончательно развеяла мои сомнения.

– А вдруг?

Я, конечно, втайне ожидала, что Снежка повторит мамины слова про то, какая я красотуля, но вместо рассказов о том, какая я прекрасная, Снежка вдруг сказала:

– А если и останешься, тоже ничего страшного. Зато ведьмы‑девственницы самые сильные. Вот я, например, решила сохранить свою Силу полностью. – И добавила довольным голосом: – Лева плакал.

– Но я не хочу Силы такой ценой, – надулась я. – Я хочу, чтоб все было как у мамы: и Сила, и папа.


Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20

Комментариев нет

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *