Леди Чудо


Дети подпевают ему, а он обхватывает мою талию, втягивая меня в танец.

– Господи, ты больной, – смеюсь я.

– А как мне ещё показать тебе, что ты дома? – Шёпотом отвечает он, кружа меня. Выходит на сцену другая группа людей, церковный хор, исполняя другую песню и вновь моё имя. Они поздравляют меня с Рождеством, мне передают микрофон. И уже сама подпеваю им, веселясь вместе с Джеком. Как раньше, и мне хорошо. Просто хорошо внутри забыть обо всём и видеть другие глаза, танцевать, но всё же тянет меня… вниз тянет.

Отбрасываю от себя эти мысли, запрещая даже думать. Дарю своё внимание Джеку, радостно встречающего его. Он спрыгивает со сцены, из наших рук исчезли микрофоны, и меня за талию уже опустили на землю. Мир кружится перед глазами, в моих руках ладошки Венди, и мы танцуем с ней. Смотрю на этого счастливого ребёнка и не могу отпустить. Не смею, так больно от этого. Должна, должна оставить в её воспоминаниях только хорошее. Иначе она погибнет внутри, а я люблю её. Люблю сильно и молю Господа, чтобы когда-нибудь подарил мне такую же девочку, мою девочку.

– Пойдём, – мою талию обхватывает Джек, уводя от родственников.

– Это было невероятно, – восхищённо говорю я.

– Потому что ты тут.

– И я остаюсь, – Джек тормозит, его улыбка становится шире.

– Я знал, что ты не сможешь без нас. Добро пожаловать домой, Эндж, я скучал, – он крепко обнимает меня, а я прижимаюсь к нему вздыхая.

Мой взгляд проходится сквозь толпу и моментально внутри всё леденеет. Вижу тёмные глаза и стоящего человека в чёрном. Люди проходят мимо него, а полы его распахнутого пальто развиваются на ветру. Он смотрит на нас с нескрываемой злостью. Моргаю, отталкивая Джека.

– Ты чего? – Удивляется он, отрывая моё внимание от увиденного.

– Я…я… – шепчу, поворачивая голову в ту же сторону, но никого нет, кроме людей, подпевающих исполнителям на сцене.

Господи, я схожу с ума. Артур уже грезится мне, так глубоко он… нельзя, надо прекратить.

– Хочу глинтвейн, – выпаливаю я, смотря на Джека.

– Твоё желание для меня закон, – он берёт мою руку в свою и ведёт к палатке.

– Привет, Кэрол, – говорит он, когда мы подходим.

– Привет, ребята. Держите, хотя думаю, вам и так жарко, – подмигивает она, передавая нам стаканчики.

Мы отходим в сторону, проходя мимо людей, и останавливаемся возле лавочки. Садимся на неё, и я отпиваю из стакана.

– Как хорошо, – тихо произношу я.

– Да, очень хорошо, – рука Джека находит мою. Улыбаюсь, даже не смотря на него. Но это грусть, потому что никакой дрожи по телу, ни мурашек, даже сердце спокойно. Ничего не отозвалось, потому что он забрал. Забрал это и не вернёт. Так жить можно, я буду так жить. А чувства, которые открыла сегодня для себя, станут моей тайной, которая умрёт со мной. Я буду радоваться тому, что имею. Ценить буду.

– Завтра пойдёшь со мной в церковь? – Спрашивает Джек.

– Конечно, я на служении не была все пять лет. Работала, – поворачиваюсь к нему.

– А смысл, Эндж? Какой был смысл в этом?

– Для меня был. Я увидела что-то иное, смогла понять больше и познакомиться с удивительными людьми. Получила образование, я была счастлива.

– И без этого, без Америки ты счастливой быть не можешь? – Отпускает мою руку.

– Ты меня не понял. Дело не в месте, а в том, что внутри меня. Моя мечта сбылась. Это стоило того.

– Даже если ты уволена? – Ехидство в его голосе мне непонятно и даже неприятно. Бросаю стаканчик в урну, тяжело вздыхая.

– Даже если уволена, Джек. Ты не понимаешь, да, в чём смысл? – И так больно внутри, что знаю ответ.

– Нет, ты улетела, бросила всех. Меня бросила, и вернулась теперь другая. Какая-то странная, вроде бы та же, но другая.

– Я никого не бросала, Джек, – обиженно отвечаю я, вставая со скамейки. – Ты бросил меня, если помнишь, а я простила тебя и не таю злобы. Я согласилась вернуть всё, но ты не видишь, что хочу я. Ты так и не понял, насколько прошлое стало для меня незначимым. Оно осталось там, а я вернулась. Это некрасиво по отношению ко мне. Да, я другая, повзрослела, увидела жизнь. Внутри-то я такая же, но, видимо, не для тебя, – качаю головой, поднимаясь со скамейки.

– Да, я не имел права этого говорить, – перехватывает мою руку, подскакивая на месте. – Но другая, означает, что ты считаешь себя лучше всех нас. Я вижу это, как ты вертишь нос от этих развлечений, примитивных и необразованных людей. Ты зазналась, да и в замке. С кем ты общаешься? С отцом Дьявола, с самим Дьяволом и мелкой ведьмой. Ты метишь туда, Эндж? Вряд ли такие, как они, примут тебя в свой круг, сколько бы ты ни зарабатывала. Ты пашешь, как проклятая, а я в итоге уволена, потому что это не твоё место. Ты вернулась и снова идёшь к вершине, туда, где тебя никто не ждёт. Они смеются над тобой, над твоей глупостью и мечтами, ты для них зверушка в цирке и скоро наскучишь. Ты так и не заметила, как твои родители ждали тебя, как все любят тебя, тебе этого не надо. Признания, вот чего ты жаждешь. Я лишь хочу уберечь тебя от этой боли, она будет. Ты снова окажешься в одежде, которая не принадлежит тебе, ты…

– Достаточно, Джек, – обрываю его, с ужасом смотрю в глаза, наполненные ядом. Они злы, но эта злость идёт от сердца, и нет возможности её терпеть. Вырываю свою руку из его, горько сглатывая.

– Прости, я пойду. Уже поздно и мне нужно отправить лорда Марлоу и Венди обратно. А что до твоих слов и суждений, это твоё право. Но никак не относится ко мне. Прощай, Джек, – разворачиваюсь и иду, ставя крест на своих утренних мыслях. Возможно, я погорячилась, но этот мужчина никогда не увидит меня настоящую, никогда не примет. Он обидел меня, попытался унизить в моих же глазах. Разве, когда любят, так делают? Нет. И его взгляд, там нет ни капли доброты. Ничего нет, кроме желания уколоть меня, растоптать меня изнутри самобичеванием. Мы с ним совершили ошибку, которая не даст ему быть прежним. Не только во мне произошли изменения, но и в каждом из нас. Детская любовь проходит, гормоны и мечты превращаются в настоящее, оставаясь волшебной пылью прошлого. Теперь я уверена, что ничего у нас не выйдет. И моя дорога быть одной. От этого я тоже буду счастлива, хотя и хранить в сердце образ другого. Непонятного и холодного. Отчуждённого и близкого.

Останавливаюсь, чтобы унять сердце, которому терять снова родных людей больно. Но надо смириться с тем, что не вернуть ничего. Не поняты мы друг другом и никогда такими не были. Один глубокий вдох и улыбка появляется на губах, ведь сейчас для меня предстоит самое сложное. Прощание.

Нахожу лорда Марлоу-старшего за столиком, выпивающего горячий чай и наслаждающегося угощениями, а рядом с ним моя мама, что-то воодушевлённо рассказывает. Замечаю краем глаза брата, танцующего в толпе и кружащего Венди. Иду к ним и ловлю ребёнка в свои руки.

– Энджел! Потанцуй с нами, – предлагает она.

– Уже поздно, милая, вам пора ехать обратно. Мы же не хотим, чтобы твой дядя ругался, – ласково отвечаю я, давая брату понять – время пришло. Кивает, понимая меня без слов.

– Здесь весело и я не хочу туда, – выпячивает нижнюю губу Венди.

– Пойдём со мной, детка, я тебе покажу, как заводить машину, – предлагает Айзек, и она тут же кивая, берёт его за руку. Закатываю глаза от вида довольного лица брата.

Подхожу к лорду Марлоу-старшему, кладу руку на его плечо.

– Пора? – Спрашивая, он поднимает голову. Киваю, помогая ему подняться. Он прощается с мамой, обещает приехать в гости на знаменитые пироги, да и, вообще, на всю знаменитую мамину выпечку.

Мы идём сквозь толпу медленным шагом, и внутри меня щемит сердце. Джек ошибается, я не стремлюсь в их мир, всего лишь хочу подарить им счастье. Увидеть, что все мои суждения верны. Любовь поможет им, я верю и буду это делать, что бы мне ни говорили.


Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91

Похожие книги

Комментариев нет

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *