Леди Чудо


– Никаких претензий. Чистый интерес. Вы не миссис, а мисс, у вас есть дети, и по моим наблюдениям больше двух. Почему этот мужчина не женился на вас до сих пор, или это не его дети?

– Что? – Шокированная такими умозаключениями, переспрашиваю я.

– Вы живёте с родителями, не имея денег, чтобы переехать в свой дом? Сколько вам лет? – Продолжает сыпать вопросами, а я ещё от первого отойти не могу.

– Нет, – мотаю головой, и это веселит меня. Может быть, потому, что я дома, а может быть, потому, что окончательно устала, и это моя оборона от его чёрных глаз, замечающих каждый вздох.

– Что нет? Здесь не живут ваши родители? Это его родители? А ваши…

– Айзек – мой брат, – продолжая хихикать, отвечаю я. – Я самая младшая в семье и мне двадцать пять. А дети, вы правы, они тут есть и скоро будет ещё двое. У меня в общей сложности три брата и сестра. Два племянника и племянница. Все проживают здесь вместе. Только я и Айзек пока не обзавелись семьями.

От выражения его лица, вытянутого в мгновение, уже не могу скрыть смеха, закрывая рот рукой.

– Простите за мою навязчивость. Почему вы живёте с ними? И ваш брат? Да и остальные? Насколько мне известно, то есть дома, что выставлены на продажу, да и квартиры.

– Я не живу с ними, прилетела на отдых из Америки. Я живу в Нью-Йорке, жила, точнее. Окончила юриспруденцию в университете Нью-Йорка и осталась там. А жить семьями в одном доме наша традиция, все поколения Эллингтонов проживали здесь и не переезжали, – поясняю я.

– И всё же не понимаю, мисс Эллингтон…

– Можно Энджел или Анжелина, – перебиваю его, отпивая чай и ощущая, как тепло от камина забирается на кухню, согревая меня.

– Мисс Эллингтон, если вы живёте в Нью-Йорке, зачем вы пришли в замок и работаете там? – Всё же сохраняет это различие между нами.

– Я жила в Нью-Йорке, а сейчас здесь. И почему бы не поработать, тем более я с детства мечтала попасть в замок, а он был закрыт. Мне нравится быть занятой, – пожимая плечами, беру печенье и откусываю его.

– И кем вы работали в Нью-Йорке?

– Секретарём в одной юридической компании.

– Планируете возвращаться?

– Пока не знаю.

– Почему?

– Нью-Йорк не покорил меня и не исполнил мою мечту.

– Какую?

– Поймать счастье, которое будет со мной всю жизнь.

– Мужчину?

– Счастье не только в мужчинах, Лорд Марлоу, но и во внутреннем спокойствии. Англия мой дом, и я рада быть здесь. Возможно, переберусь в Лондон после Нового года.

Хмурится, а мне интересно, что ещё он может спросить. И сейчас ловлю себя на мысли, насколько обстановка может смягчать людей. Влажные тёмные волосы превратились в отлив каштанов, а чёрная одежда подчёркивает смугловатую кожу намного изящнее, чем при освещённости в замке.

– Раз ваш допрос окончен, то мой черёд, – говорю я, отставляя чашку с чаем.

– Это был не допрос, а желание узнать, кто вы такая. Вы работаете с ребёнком, за которого я несу ответственность, – резко отвечает он.

– Почему Венди запрещено улыбаться? – Всё же пропускаю его замечание и явно данный мне подтекст – не лезть, спрашиваю.

– С чего вы это взяли? – Удивляется он.

– Она сказала. Её мама, которую она зовёт по имени, а для меня это дикость, запретила ей улыбаться или веселиться, после смерти её отца, вашего брата. И эта девочка ненавидит всех, кто позволяет себе радоваться. Причина её поведения и капризов отчасти в этом.

– Я не знал. Но поговорю с Хелен…

– Не смейте этого делать, вы лишь усугубите положение, в котором сейчас находится ребёнок. Вы отчитаете свою невесту, а она, предполагаю, сорвётся на дочери. Не надо. И как вы могли не знать? Это ведь ваша будущая дочь или вы её не собираетесь удочерять?

– Вам не кажется, что это не ваше дело, – поджимает губы, вставая со стула.

– Вы ведь тоже лезли не в своё, когда спрашивали меня о моей жизни. Так отчего же вы сами не отвечаете? – Тоже поднимаясь, смотрю в его глаза.

– Лорд Марлоу, я ведь не желаю вам зла. Ни вам, ни вашей невесте, ни Венди. Я лишь хочу, чтобы ребёнок был счастлив. Неужели, вам на это плевать? Вы сказали ей, что отправите её в пансионат. А это ссылка и явное доказательство нелюбви к ней. Почему? Почему вы так не любите её? Не хотите делить с невестой? – Продолжаю я, огибая стол и подходя к нему.

– Конечно, вы можете не отвечать, но подумать стоит над моими словами. Я человек со стороны и увидела многое. Мне жаль, что вы не прониклись этой девочкой, хотя она прекрасный ребёнок, – смотрит мимо меня, вновь показывая всем своим видом, что я никто. Грустно улыбаюсь, отходя от лорда Марлоу, собирая чашки со стола.

– Вы можете сесть в кресло, рядом с камином, там будет теплее. И дождётесь Айзека, полностью обсохнув, – предлагаю я, так и не получив ни единого ответа.

– Как я могу любить не своего ребёнка, мисс Эллингтон? Все эти громкие речи о том, что дети становятся родными – бред.

Эти слова достигают моего слуха, что кружка падает в раковину. Вздрагиваю, облегчённо вздыхая, что не разбилась. Оборачиваясь к мужчине, до сих пор слышу горечь в его словах.

– Просто. Каждый человек способен любить, лорд Марлоу, и вы тоже. Особенно детей. Венди не моя дочь, и даже не родственница, а я люблю её. За то, что вот такая любознательная, смышлёная, развитая не по годам. Она ведь дочь вашего брата, и сейчас ей нужен папа, хоть и не родной, – медленно подхожу к нему, подбирая слова.

– И вы любите всех, мисс Эллингтон? Каждого человека в этом мире? Всех детей, что встречаете? – Усмехается он.

– Нет, я люблю не всех, но считаю, что каждый заслуживает немного доброты и понимания. Мы не знаем того, что происходит в душах и сердцах людей, окружающих нас. Несложно немного помочь им даже улыбкой.

– Вы больны?

– Эм…

– Какое-то смертельно заболевание и поэтому так уверены в том, что всем необходима помощь? Что-то вроде последнего дела перед смертью? – Его вопрос совершенно ставит меня в тупик.

– Не знаю ничего о своей болезни, как и умирать не собираюсь в ближайшее время, – мои губы непроизвольно растягиваются в улыбке.

– Простите, я… вы так уверены в своих словах… – делает шаг назад от меня, а я к нему.

– Да, я уверена в них, потому что всем сердцем верю. И пусть мне скажут, что мир плох, но для меня он прекрасен. Вот вы, к примеру, я так боялась вас, а сейчас вы кажетесь очень приятным собеседником. Да-да, я помню, что вы лорд, а я ваша служанка, но все мы люди, и не известно, что всех нас ожидает завтра. Так зачем себя настолько ограничивать в элементарной улыбке? Вы ведь тоже не улыбаетесь, а у вас множество причин. Сказочный замок, о котором мечтают многие. Родители, до сих пор здравствующие. Невеста, которую вы любите. Ребёнок, что готов любить вас безвозмездно. Разве это не стоит вашей улыбки, лорд Марлоу? – Вглядываюсь в его глаза, словно потеплевшие немного и отражающие яркий отблеск света.

– Вы действительно в это верите, Анжелина, – первый раз слышу его шёпот, такой мягкий, ласковый и завораживающий.

– Да, конечно, – улыбаюсь ему. – Я не люблю врать, это для меня неприятно. Слова, сказанные без веры, не дарят ничего, кроме пустого звука. А если они идут от сердца, то принять их, словно очутиться в бокале с шампанским. Сладко и пузырьки щекочут нос.

– А если веры нет? Ни во что больше? – Ещё тише спрашивает он, как будто боясь, что его услышат.

– Вера всегда есть, надо только призвать её. Она ведь наша сила, невидимая рука, что позволяет нам видеть больше, чувствовать сильнее. Вера в себя, вера в добро, вера в человечность. И даже если она пока спит или обижена на вас, что забыли о ней, то вернётся. Она принадлежит вам, она ваша рабыня. Рабыня ваших желаний, лорд Марлоу…


Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91

Похожие книги

Комментариев нет

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *