Куколка



— Возможно, мы больше никогда не встретимся, — сказала она, обнимая Бэлль. — Разумеется, тебе всегда здесь рады, но я понимаю, что в Париже для тебя слишком много ужасных воспоминаний, чтобы тебе захотелось сюда вернуться. Однако ты в своем сердце увозишь мою любовь и мои надежды на осуществление твоей мечты. Ты сделала для меня больше, чем кто бы то ни было.

Поезд набрал скорость. Назад дороги не было. Бэлль сосредоточилась на беседе с Ноем, чтобы отогнать мысли о слезах Этьена.

— А Лизетт приедет в Англию? — спросила она.

За минувшую неделю Ной дважды встречался с этой женщиной, но мало что рассказывал об этих свиданиях.

— Сказала, что с радостью, но побаивается.

— Наверное, потому, что не воспринимает тебя всерьез, — сказала Бэлль. — Женщине с ребенком нужна уверенность в завтрашнем дне. Ты должен вселить в нее эту уверенность, забросав письмами о преимуществах Лондона. Напиши ей, что она ничего тебе не должна, однако упомяни, что с нетерпением ждешь возможности поближе познакомиться с ее сыном. Это должно сработать.

Ной улыбнулся.

— Легко тебе говорить! Мы с Лизетт провели вместе слишком мало времени, чтобы я смог доказать ей, что на меня можно положиться, что я серьезный человек.

— На тебя достаточно лишь взглянуть… — заверила его Бэлль. Она стала относиться к Ною как к брату; ей нравились его открытость, его энтузиазм. Нравилось, что он ничего не скрывает и ничего не усложняет. — В случае чего я буду рядом, чтобы поговорить по душам. Тебе будет кому поплакаться в жилетку. А еще есть Мог — она встретит Лизетт с распростертыми объятиями в благодарность за то, что она была так добра со мной.

— А как насчет вас с Джимми? — многозначительно спросил Ной. — Судя по телеграмме, которую он прислал в Париж, он считает минуты до вашей встречи.

Бэлль нахмурилась. Она тоже понимала, что Джимми слишком многого ожидает от этой встречи, и, учитывая ее чувства к Этьену, ему было о чем волноваться.

— Ты должен пообещать мне, что не станешь рассказывать Джимми об Этьене. Позволь мне найти деликатный способ остудить его пыл.

— Дай Джимми шанс! — взмолился Ной. — Насколько я могу судить, Этьен — это тигр: сильный, храбрый, дерзкий, но очень опасный. Джимми, возможно, больше похож на домашнего кота, но он умный, преданный, гордый и верный — он горы свернул, чтобы найти тебя. Не закрывай для него свое сердце, пока не увидишь его и не узнаешь поближе.

— Не буду, — пообещала Бэлль.

Она откинулась на сиденье и закрыла глаза, делая вид, что ее клонит в сон. Ей хотелось запомнить слова, которые Этьен сказал ей на прощание по-французски.

Первую часть фразы она поняла, но конец перевести не могла. Скорость, с которой он выпалил эти слова, свидетельствовала о том, что это было именно то, что она хотела от него услышать. Однако не является ли это доказательством того, что он не может забыть свою жену?

Сама Бэлль никогда не забудет того потрясения и той радости, которую она испытала, когда в дом Паскаля вломился Этьен. Даже в самых смелых мечтах она не предполагала, что он станет ее спасителем. Что она вообще увидит его снова. Но потом, когда в комнату вбежал Филипп и они с Этьеном стали связывать Паскаля, Бэлль окончательно решила, что это сон. Затем она неожиданно оказалась на больничной койке, врач дал ей снотворное, и девушка подумала, что сошла с ума и ей все привиделось.

В последующие дни именно Этьен вывел ее из шокового состояния, развеял ее отчаяние и душевные муки. Как только Ной сообщил Бэлль о том, что случилось с женой и детьми Этьена, она поняла, почему он стал единственным человеком, который помог ей пережить весь этот кошмар.

Девушка не могла не надеяться на то, что Этьен испытывает к ней глубокие чувства. Но, возможно, это был способ смягчить пережитое ею горе. Этьен уж точно не сказал ничего, чтобы дать ей надежду.

В последние дни пребывания Бэлль в Париже, когда он гулял с ней по городу, не было даже намека на то, что он питает к ней какие-то чувства, кроме дружеской симпатии. Этьен ни разу не поцеловал ее, как тогда на корабле, плывущем в Новый Орлеан.

Трезво рассудив, Бэлль поняла, что ее чувства к Этьену, возможно, тоже ошибочны. Она возвела его на пьедестал, потому что он ее спас; кроме того, он единственный мужчина, который не думал о ее прошлом. И это утешало.

Тем не менее Бэлль знала: Паскаль внушил ей такой ужас, что она уже никогда не сможет безоглядно отдаться мужчине.

Бессмысленно думать, что слезы Этьена были свидетельством его любви. Он продолжал скорбеть по своей семье. Ее же преследовал кошмар, который она пережила у Паскаля. Они помогли друг другу в трудный час, и, возможно, этим их отношения исчерпывались.

На следующий день ранним вечером Бэлль с Ноем шагали по главному вестибюлю вокзала Чаринг-Кросс. Они переночевали в Кале, потому что Ной посчитал, что Бэлль слишком слаба, чтобы за один день преодолеть такой неблизкий путь.

С парома она впервые любовалась белыми утесам Дувра. Интересно, у скольких англичан сжималось горло при виде этого зрелища, которое означало, что они вот-вот будут дома?

Когда поезд пыхтел среди кентских пейзажей, Бэлль дивилась сочной зелени и вдруг поняла, что никогда раньше не бывала в сельской местности. Казалось невероятным, что она побывала в Америке и во Франции, но никогда до сих пор не видела пасущуюся корову или овцу.

Они стали приближаться к Лондону, и сердце Бэлль бешено заколотилось, но когда поезд прогрохотал по Хангерфордскому мосту и она увидела Темзу, серебрящуюся в лучах солнца, купол собора Святого Павла, Биг Бен, здание парламента, девушка не смогла от волнения усидеть на месте.

Стрэнд был таким же многолюдным, как и прежде, но Бэлль заметила, что появилось больше автомобилей. Ной в поезде признался ей, что тоже хочет купить себе автомобиль. Он полагал, что через пару лет машины станут более востребованными, чем лошади. Когда Бэлль и Ной прошли по Стрэнду, а потом пересекли дорогу, которая проходила через Ковент Гарден, Бэлль все ускоряла и ускоряла шаг.

— Не спеши, — стонал Ной, неся в каждой руке по чемодану. — Я за тобой не успеваю.

Бэлль его почти не слышала. Она вновь оказалась на своей территории, в «стране чудес».

— Все кажется меньше, чем прежде, — задыхаясь, произнесла она. — Пивные запомнились мне большими, улицы широкими, а на самом деле все маленькое. Даже люди, кажется, съежились и стали вести себя тише.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158







Комментариев нет

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *