Грани


Не успела я собрать все наборы, как во двор ворвался полугном и радостно закричал:

— Ирга разделался со всеми делами в управлении и пошел домой отдыхать! Я его только что видел.

— Ты со мной разговариваешь? — недоверчиво спросила я.

— Ради такого случая — да! Я надеюсь, что ты с ним помиришься и отныне только его голова будет за тебя болеть. А я буду наслаждаться жизнью.

Мне стало обидно.

— Отто, неужели я так сильно тебе надоела? Неужели тебе так со мной тяжело? — глухо спросила я.

Полугном гордо отвернулся.

— Прости меня, пожалуйста, — жалобным голосом попросила я. — Следующий раз, когда ты меня привяжешь к кровати, я не буду сбегать, честное слово! Я даже сопротивляться не буду, что бы ты со мной ни делал!

— Даже если я тебя продам сексуальному маньяку? — заинтересовался Отто.

— Даже, — твердо ответила я, но, подумав, добавила: — Только сначала у меня спроси, может быть, я за себя больше заплачу.

Полугном, скрестив руки на груди, смотрел на меня непреклонным взглядом.

— Отто! — завопила я, падая перед ним на колени. — Ты самый лучший и заботливый друг в мире! Ты денно и ношно заботишься о моем благе, а я, бестолковая, этого не ценю!

— Ты что? — отшатнулся лучший друг. — Перед Иргой будешь на колени падать. Заканчивай цирк, я тебя уже простил! Я тебя еще вчера простил, когда ты петь начала.

— Ты же сбежал от моего пения! — обвинила я друга, отряхивая пыль с юбки.

— Конечно, сбежал. Еще пару минут — и я был готов продать свою часть дела и уйти в отшельники навсегда. Твое пение — просто оружие массового поражения!

— Отто, — призналась я, — я тебя люблю.

— Я тоже тебя люблю, — смущенно буркнул лучший друг, быстро прижимая меня к себе. — Иди уже, мирись. Я на всякий случай успокоительной настойкой запасся.

Он достал из сумки большую бутыль и гордо сказал:

— Сегодня купил. Тут на все твои кризисы в личной жизни на ближайший месяц хватит.

— Ты думаешь, у меня ничего не получится? — дрожащим голосом спросила я.

— Нет, что ты! Я уверен, что ты добьешься своего. Главное — так же упади перед Иргой на колени. Он насчет тебя слабохарактерный, для него этого будет достаточно. А если он все же проявит твердость, закрой его в ванной и пой под дверью. Уверен, что против такого аргумента он вряд ли найдет что возразить.

— Как я его в ванной закрою? — ошеломленно спросила я, сраженная таким потоком советов.

— Хитростью.

— А если он меня выгонит?

— Пошлешь мне вестник, будем брать твоего любимого в осаду.

— Хорошо, — обрадовалась я, сгружая купальные наборы обратно на лавку.

— Что это? — спросил Отто.

— А, подарки постоянным клиентам. Потом расскажу, — ответила я уже от калитки.

Вооруженная огромным букетом роз и большим кинжалом — на всякий случай, я осторожно постучала в двери квартиры Ирги.

— Входите, — откликнулся он.

Я глубоко вдохнула, как перед нырком в воду, и зашла в квартиру.

— Ола? — удивился некромант, лежавший на кровати в любимой позе, и хотел было встать.

— Лежи, лежи, — попросила я.

С кровати далеко не убежит, к тому же переговоры так проводить будет легче. Парень настороженно переводил взгляд с букета на мое лицо, потом на кинжал у пояса и снова на мое лицо.

Под его взглядом вся заготовленная речь куда-то пропала, и я мялась, не зная, что сказать. Ведь хотелось не просто сказать, а так, чтобы сразу стало понятно, что я пришла с серьезными намерениями и от своего не отступлюсь. Некромант молчал, изобразив на лице вежливый интерес.

— Ирга, — наконец решилась я, — я пришла с тобой серьезно поговорить. В общем, так…

— Извини, — перебил парень, — букет для меня?

— Да, — сказала я, сбитая с толку этим вопросом. Может, по правилам серьезных разговоров цветы надо было вручать до начала речи?

— Можно? — Ирга забрал у меня букет и пояснил: — Боюсь, если разговор зайдет не туда, куда ты планируешь, я могу по физиономии этим букетом получить.

— Ничего, у меня еще кинжал есть… э-э-э… в смысле почему ты обо мне так плохо думаешь?

— Ни в коем случае! — возмутился некромант. — Я думаю о тебе исключительно хорошо! Просто принимаю меры на всякий случай. Продолжай, что ты хотела сказать?

Я помолчала, собираясь с мыслями, и решила сразу переходить к делу.

— Ирга, — сказала я торжественным тоном, становясь на одно колено. Ой, зря букет отдала, сейчас бы он пригодился! — Я предлагаю тебе жениться на мне!

Некромант задумчиво изучал розы и ничего не говорил.

Я молчала. В прочитанных мной любовных романах после фразы «выходи за меня замуж» обычно следовало «да, любимый» и постельная сцена. Или «нет» и появление соперника или строгих родителей. Как поступать, если предполагаемый для скрепления узами брака объект рассеянно жует лепесток и молчит, в книгах ничего не было сказано. Может быть, он настолько углубился в свои мысли, что не слышал моего предложения?

Набрав побольше воздуха в легкие, я гаркнула:

— Женись на мне!

— Это приказ? — поинтересовался Ирга насмешливым тоном.

— Нет, конечно! Это предложение.

— А-а-а, ну-ну, я так и понял, продолжай.

Что продолжать-то? Самое главное я уже сказала.

Пора, судя по всему, переходить к обещаниям сладкой жизни со мной.

— Женившись на мне, ты обретешь все мыслимые и немыслимые блага, — посулила я.

— Какие? — тоном завзятого скупердяя, которому на рынке предложили куриную тушку на медячок дороже, чем обычно, спросил некромант.

— Разные. Например, жену. Жена это очень ценная вещь! Готовит, убирает, с работы встречает поцелуем… Если заболеешь, утешит и горчичник поставит. Зимой с женой спать удобно — тепло и мягко. А такая жена, как я, еще и пользу приносит. Я работаю, на шее у тебя сидеть не буду.

— А если я откажусь? — мягко спросил некромант.

Я непонимающе посмотрела на него, застыв в своей нелепой позе.

— Как это?

— Мне не нужна домработница и грелка, — объяснил Ирга. — Это окончательное решение и обжалованию не подлежит.

Я села на пол, подтянув колени к груди и обхватив их руками. Было бы нечестным сказать, что я рассчитывала, что некромант сразу забудет о своей обиде или моментально согласится жениться на мне. Я надеялась, что он даст мне шанс все объяснить. Но я не думала, что его отказ будет для меня таким болезненным. Я сидела на полу, чувствуя, как в голову и позвоночник впиваются миллионы холодных ядовитых игл отчаяния. Ирга молча сидел на кровати, меланхолично обламывая с роз колючки.

Странно, но мои глаза были сухими, слезы не приходили. В голове бешеным хороводом носились мысли. Странно, почему в летний вечер после жаркого дня мне так холодно.



Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80

Комментариев нет

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *