Ежевичная зима


– Батюшки мои! – взвизгнула она, проводя по краю торта и облизывая палец. Женщина просто не замечала моего присутствия. – Лон, – нежно проворковала блондинка, – ты просто дьявол. Ты же знаешь, что шоколад и шампанское – это моя слабость.

Следом за ней я вошла в номер. Пахло одеколоном с мускусным ароматом, и мои щеки вспыхнули ярким румянцем, когда я увидела полуодетого мужчину, лежащего в постели. Прикрытый до пояса покрывалом, он выглядел словно король, возлежащий на пышных подушках.

– Поставь все это рядом со мной, куколка, – приветливо произнес мужчина, глядя мне прямо в глаза.

Я отвернулась, смущенная видом его обнаженной груди, загорелой, с капельками пота, как будто он только что занимался спортом.

– О! – Он улыбнулся, заставляя меня снова встретиться с ним глазами. – Не смущайся, голубка. Ты здесь новенькая?

– Нет, сэр, – сказала я. – То есть да, сэр. Работаю только шесть месяцев.

Женщине наш разговор явно не понравился.

– Лонни, – мяукнула она, – позволь мне накормить тебя тортом.

– Минуточку, Сьюзи, – откликнулся он, не отводя от меня глаз. – Меня зовут Лон Эдвардс. Не думаю, что уже имел удовольствие встречаться с тобой.

Он протянул руку. Женщина нахмурилась.

Я неуклюже взяла его руку, не зная, что ему ответить, и пискнула:

– Я Вера, Вера Рэй.

– Рад с тобой познакомиться, дорогая, – пророкотал Эдвардс, засовывая хрустящую банкноту в пять долларов в карман моего передника.

Я сделала шаг назад и присела в реверансе.

– Благодарю вас, сэр, э‑э‑э, Лон, то есть мистер Эдвардс.

– Надеюсь, мы еще увидимся, – с улыбкой ответил он и снова посмотрел на Сьюзи, которой явно недоставало его внимания… к тому же ей очень хотелось торта.

– Да, сэр, – пролепетала я, – спасибо, сэр, спокойной ночи.

Когда дверь за мной закрылась, я выдохнула и тут же увидела Гвен, которая поджидала меня в коридоре. Маленького роста, пухленькая, с уродливым шрамом на левой щеке, она редко бывала в плохом настроении и почти никогда не жаловалась. Поэтому Гвен сразу мне понравилась, и мы подружились.

– Эстелла отправила меня к тебе, чтобы я помогла тебе убрать этот этаж, – прощебетала Гвен. – Приезжает большая группа. Нам надо работать быстро. – Она улыбнулась. – Вижу, ты познакомилась с Лоном.

Я пожала плечами, похлопывая рукой по карману передника.

– Он дает хорошие чаевые.

Гвен засмеялась.

– И к тому же он падок на горничных.

– Гвен! – возмутилась я. – Ты же не хочешь сказать, что я стану…

– Нет, нет. – Она игриво ткнула меня в бок метелкой для пыли. – Просто та женщина, Сьюзи, которая сейчас с ним, работала горничной еще до того, как ты появилась.

– Ты хочешь сказать, что она была…

Гвен кивнула.

– Такой же, как мы. А теперь Сьюзи живет в его апартаментах, модно одетая и накрашенная, она полностью в его распоряжении.

Мои щеки вспыхнули.

– Как это ужасно.

Гвен пожала плечами.

– Судя по всему, Сьюзи так не думает. Он дает ей сотню долларов в неделю, она пользуется его машиной с шофером. Куда лучше, чем тереть полы.

– Сто долларов в неделю?

На лице Гвен появилось завистливое выражение.

– Целое состояние.

– Что ж, – произнесла я, делая глубокий вдох и на выдохе прогоняя свои мысли, – я никогда не стану торговать собой.

Гвен снова пожала плечами.

– Никогда не говори «никогда», – пропела она, когда мы вошли в первый из одиннадцати номеров, которые следовало убрать. – Сейчас страшные времена. Редко кому везет. Моя старшая сестра живет в Канзасе. У ее мужа нет работы, а у них восемь детей. Восемь ртов, которые хотят есть. Она пошла бы на что угодно, чтобы прокормить свою семью. Слава богу, что мне нужно кормить только себя.

Я подумала о Дэниеле и о том, что мне предстоит платить арендную плату. Едва ли мне удастся долго держать мистера Гаррисона на расстоянии. Через несколько дней мы окажемся на улице, в лучшем случае это случится через неделю.

– Гвен, – пробормотала я, – у тебя случайно нет двадцати долларов взаймы? Мне надо заплатить за квартиру. Я просто в безвыходном положении.

– Я бы с радостью помогла тебе, дорогая, – ответила Гвен, и в ее добрых глазах засветилось сочувствие. Я ощутила приступ вины. Как я могла подумать, что она мне поможет деньгами, ведь я знаю, что мы с ней в одной лодке? – Держи, – она протянула мне две смятых банкноты. – Мои последние два доллара.

– Я обязательно верну, – пообещала я.

– Не беспокойся об этом, – отмахнулась Гвен и направилась к кровати. – Давай‑ка для начала снимем эти простыни. Я даже оставлю тебе все чаевые, которые мы найдем в номерах. Будем надеяться, что нам повезет.

– Будем надеяться, – согласилась я.

 

* * *

 

К пяти часам утра мы закончили убирать этаж, вычистили даже огромные апартаменты в пентхаусе, и мои руки покраснели и потрескались. Гвен зевнула, протянула мне начатую бутылочку с кремом для лица, которую она забрала из освободившегося номера.

– Намажь руки, поможет, – предложила она.

Я улыбнулась. Какая она добрая.

– Не хочешь забежать в закусочную? – поинтересовалась Гвен.

– Я не могу, – ответила я. – Мне нужно вернуться домой до того, как Дэниел проснется.

Гвен положила руку мне на локоть.

– Тяжело оставлять его одного, да?

Я кивнула, ощущая каждую потраченную даром секунду. Дэниел ждет.

– Честно говоря, это просто невыносимо.

У меня защипало в глазах, и я отвернулась.

– Но это же не навсегда, – попыталась успокоить меня Гвен. – Все образуется. Встретишь кого‑нибудь. Какого‑нибудь замечательного человека.

Мне хотелось ответить, что я его уже встретила, и вот что из этого получилось, но вместо этого я только кивнула.

– Да, – сказала я. – Мой корабль вот‑вот войдет в гавань, не так ли? И твой тоже.

Гвен моргнула.

– Правильно, дорогая. – Она сжала мой локоть. – И сколько ты набрала чаевых?

Я пожала плечами.

– Четыре доллара.

Гвен улыбнулась.

– Прибавь к этому два моих и пять долларов Лона, и у тебя получится…

– Мне все равно не хватит заплатить за квартиру, – обреченно ответила я.

Гвен вздохнула.

– Что ж, хоть что‑то. Поцелуй от меня твоего милого сынишку.

– Обязательно, – откликнулась я, открывая дверь на улицу. Мне в лицо ударил холодный ветер, запуская свои щупальца под старенький жакет и заставляя дрожать усталое тело. Когда я ступила на тротуар, то ахнула: моя ступня буквально утонула в свежем белом снегу. Не меньше десяти сантиметров! Господь всемогущий, снег? В мае? Погода была под стать миру: такая же жестокая и непредсказуемая. Я вздохнула. И как я теперь доберусь до дома? Трамваи наверняка не ходят!

Я поняла, что должна идти – и быстро. До квартиры недалеко, но снег и дыра в подошве моего правого башмака сделают дорогу бесконечной. Хотя это уже не имело значения. Меня ждет Дэниел. Я двинулась в путь, но спустя полчаса мои ноги озябли, заболели, и я морщилась от боли, ощущая, как голая кожа касается земли. Я доковыляла до переулка, остановилась, оторвала кусок подкладки от платья и обернула им ступню. Смуглолицый мужчина присел на корточки возле мусорного бака. Он поддерживал небольшой огонь под самодельным навесом и помешивал угли палочкой. У меня заледенели руки, мне так хотелось тепла, но его неприветливый взгляд не позволил мне подойти. И потом, у меня не было времени на остановки. Дэниел ждал. Я поднялась на один холм, потом на другой. Ткань лишь на мгновение приглушила боль в обмороженной ступне, но потом боль вернулась снова, пульсирующая, острая. Еще два холма. Продолжай идти. Я должна быть дома до восхода солнца, чтобы поцеловать сына в тот момент, когда он откроет глаза. Я обязана это сделать.


Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19

Похожие книги

Комментариев нет

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *